Старший сын объявил мне решительно: «Папа, поезжай, пожалуйста, в Храм Василия Блаженного и привези мне что-нибудь оттуда». Так сильно понравилась ему эта архитектурная жемчужина, которую он видел на фотографии. Я в шутку ответил, что привезу кусок кирпича из стены собора, чтобы сын остался доволен. Ниже расскажу о пути, который мне предстояло преодолеть, пока я добрался до этого собора – конечной точки моего путешествия.
Сам удивляюсь тому обстоятельству, как в один из вечеров в конце января я вновь оказался в Кишиневском аэропорту. В ожидании отца Николая Чоклу, моего коллеги по Кишиневской духовной академии, в полупустом холле аэропорта ко мне поочередно подошли: мужчина грузинской национальности, чтобы попросить благословения, после этого еще один мужчина, на этот раз азербайджанец, которому захотелось поговорить «со святым отцом» (пришлось его поправить, сказать, что до святости мне предстоит еще чуток потрудиться). А после них украинка из Одессы, улетавшая в Ирландию, которая поведала мне немного о своей кочевой жизни, попросив, чтобы я помянул её в литургических молитвах.
Впервые я оказался в Москве в начале 2000-х годов, в середине февраля, с командой гандболистов. Путешествие автобусом оказалось незабываемым: старенький ЛАЗ-699 с полу-поломанной печкой, чёрным дымом в салоне и запасным колесом, которое подпирало заднюю дверь и использовалось в качестве лежанки. Из той поездки мне запомнились бледная, будто из воска, мумия Ленина, особенный акцент москвичей и удивительная доброжелательность пожилых жителей российской столицы. Второй раз, двадцать с лишним лет спустя, посетил ее с группой священников по приглашению Патриархии. Об этой поездке-паломничестве я уже писал, хотя в основном она протекала в Суздали.
На сей раз я удостоился получить приглашение на необычную конференцию, организованную Православным Свято-Тихоновским гуманитарным университетом (ПСТГУ), редакцией портала „Пастырь” и культурным центром „Фавор”, которая называлась: „Память и духовный опыт поколений: пастырский аспект”.
Объявление об этой конференции мне попалось случайно на одном телеграмм-канале. Организаторы приглашали к участию молодых священников, рукоположенных не ранее шести лет тому назад, которые служат за пределами Москвы. Заполнил предложенную анкету ни на что особо не рассчитывая, тем более с учетом сложного по нынешним временам маршрута из Кишинёва в Москву. Сделать то же самое предложил отцу Николаю, поскольку упомянутым критериям соответствовал и он. Заполнил и, что называется, забыл. Да и сомнения были, ожидали ли организаторы священников из-за пределов Российской Федерации? Но через некоторое время получаем электронные письма от организаторов, в которых нас просят подтвердить готовность прилететь и находится в Москве в означенный период. После этого последовали онлайн-интервью с преподавателем ПСТГУ отцом Алексеем Чёрным и, к нашей радости, нас включили в число участников.
Конференция должна была продлиться пять дней, из которых два планировалось провести в Свято-Преображенском скиту Данилова монастыря. Главная идея конференции – обмен опытом между молодыми священниками, приехавшими из немосковских епархий Русской Православной Церкви, с иерархами, священниками с богатым пастырским опытом и преподавателями-богословами из вышеназванного университета.
После бессонной ночи в аэропорту Стамбула мы вылетели в Москву на самолете турецкой авиакомпании. Перед каждым креслом светился информационный экран, к которому можно подключать наушники, просматривать предложенные фильмы, слушать музыку, читать Коран и узнавать текущие данные о полёте (высоту, скорость, расстояние, название города, над которыми летишь, киблу – направление в сторону Каабы и т.д.). В самолёте ко мне подошёл турецкий стюард и поинтересовался, на самом ли деле мы православные священники (к этому моменту отец Николай дремал в соседнем кресле), и не мог бы я уделить ему немного времени, чтобы ответить на пару вопросов. Хотя и был уставшим, я не раздумывая согласился. Он сказал, что подойдет через несколько минут, как только закончит разливать пассажирам напитки. Я принялся молиться Богородице, чтобы просветила мой затуманенный усталостью ум и подсказала нужные этому человеку слова.
Стюард вернулся, я предложил пройти в хвостовую часть самолёта, где было пару свободных мест. Сказано – сделано. Он представился непрактикующим мусульманином, сказал, что хочет узнать побольше о православном вероисповедании. В частности, о Святой Троице, о посмертной участи мусульман, вообще о православии. Признался, что когда-то его поразил друг, проживающий в одной из балканских стран, который поведал ему, что мусульмане не попадут в рай. Я вкратце объяснил собеседнику, что прерогатива решать, кто и куда попадёт в посмертной жизни, принадлежит только Богу, и что мы не вправе брать на себя функцию судьи и определять посмертное местоположение для любого человека. Я точно знаю лишь то, что Бог хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины. Но никому не дано знать, что произойдёт в отношении познания истины христовой в те несколько мгновений перед Парусией.
Тема тайны Святой Троицы является центральной в разговорах с мусульманами, для этого священник-миссионер должен разбираться в мусульманский традиции и Коране, где, среди прочего, говорится, что не может быть трёх богов, как якобы утверждают „христиане” (приобщение Господу сотоварищей является у мусульман самым тяжким грехом, называемым ширк). Но нечто похожее на самом деле утверждаем и мы, христиане. Ведь Бог един, но троичен в Лицах. По моему мнению, их понимание божественной сущности Мессии всё-таки поверхностно и вульгарно (почему? для меня тут какая-то загадка), им необходимо разъяснять в первую очередь идею единосущности Сына и Отца (homoousia), Слова Божьего и Бога. Кроме того, Коран заявляет, что Иисус – это Дух и Слово Божье, что уже включает в себя идею единосущности (как, например, в Пс. 32:6).
Не буду выкладывать тут всё, о чём мы с ним говорили, но могу сказать, что он и вправду оказался заинтересован православием, поэтому я рекомендовал ему самостоятельно углубиться в познание нашей веры, в первую очередь через чтение. Да, могу добавить, что этот молодой человек оказался не последним мусульманином, который обратился к нам во время путешествия, были и другие, плюс несколько украинцев…
Нас поселили в гостинице в центре Москвы, недалеко от Сретенского монастыря, где есть своя Духовная академия и огромный магазин православной книги, в котором до конца путешествия я умудрился накупить целый чемодан книг; у нас они стоят намного дороже, к тому же чаще всего их и не найдешь.
Священники приехали из многих регионов России – с Урала, из Самары, Уфы, Пскова, из Крыма и др. Из Молдовы были только мы двое. Всего семнадцать батюшек, все молодые и благожелательные.
Конференция открылась в понедельник утром в центре „Фавор” выступлением отца Фёдора Бородина – известного московского настоятеля, писателя и отца восьмерых детей – с очень интересным повествованием о «духовной жизни семьи священника», после которого буквально напросился живой диалог. Затем последовали: «Изложение понятия „духовно-благодатных связей” в творениях священномученика Дамаскина (Цедрика)», представленное доцентом кафедры систематического богословия и патрологии ПСТГУ, заведующим лабораторией исследований церковных институций отцом Павлом Ермиловым, и «Концепт монастыря в миру», представленный старшим преподавателем той же кафедры Вячеславом Ячмеником.
И эта, и последующие конференции сопровождались в конце серией вопросов и ответов, что способствовало живому контакту между нами, молодыми священниками, и выступавшими. В тот же день нас отвезли в Свято-Тихоновский университет, где состоялась совершенно особенная, продлившаяся почти три часа встреча с отцом Владимиром Воробьёвым – бывшим ректором, ныне президентом ПСТГУ. Наверное, это один из самых известных московских священников, выдающийся писатель и церковный преподаватель, ученик отца Всеволода Шпилера, знаменитого духовника советского периода.
Свято-Тихоновский университет находится в величественном здании красного цвета бывшего Московского епархиального дома, расположенного в Лиховом переулке, в самом центре города. Нам рассказали, что для того, чтобы это здание было возвращено Церкви, велась длительная борьба, которая успешно закончилась в 2005 году. После чего последовал капитальный ремонт, поскольку во времена советов здание было приведено в прискорбное состояние. Важно упомянуть, что именно в этом здании проходил памятный Поместный собор Российской Православной Церкви в 1917-1918 годах, важнейшими решением которого явились восстановление Патриаршества и избрание митрополита Тихона (Белавина) на должность Патриарха Московского и всея Руси (канонизирован в 1989 году). Сегодня это, вероятно, самый крупный православный университет в стране.
Во вторник утром мы отслужили Божественную литургию в верхнем храме университета, освященного в честь равноапостольного князя Владимира, который практически соединён с прекрасным залом Соборной палаты. Богослужение возглавил ректор университета – епископ Мефодий (Зинковский), брат-близнец епископа Кирилла – ректора Московской духовной академии. Затем была братская трапеза, а после нее последовала конференция с владыкой Мефодием, где выступили и другие выдающиеся преподаватели ПСТГУ: проректор Николай Емельянов, священник с особым пастырским дарованием, тоже отец восьмерых детей, который представил нам обширное исследование об «этапах жизни священника» (не забуду его слова: «Опытный священник это тот, кто прошёл через страдание»); преподаватель отец Павел Хондзинский с повествованием о феномене Маросейской общины, основанной священномучеником Сергеем Мечёвым (известным сыном русского духовника Алексея Мечёва, канонизированного в 2000 году) и, в завершение, преподаватель Алексей Чёрный, и он многодетный батюшка, который представил нам очерк о духовной жизни священника по дневникам святого праведного Иоанна Кронштадтского. После конференции состоялась экскурсия по Музею университета, посвящённого памяти святых новомучеников и исповедников Русской Церкви и Поместного собора 1917-1918 годов.
Вечером, после ужина, были круглый стол и задушевная беседа с отцом Николаем Емельяновым. После чего мне удалось погулять по городу и даже попить чаю в пользующейся популярностью кофейне. Москва показалась мне живым, чистым и благоденствующим городом, с множеством прогуливающихся по его улицам молодых людей, с разного рода заведениями и кафе на каждом шагу и, кстати, с вполне разумными ценами.
На следующий день с утра нам предстояло отбыть в Свято-Данилов монастырь, а затем, к вечеру, поселиться в одном из скитов этой обители, находящимся посреди леса, в двух часах езды от Москвы. Необычная смена декораций.
Иерей Анатолий Журавель
Продолжение следует.