И снова о задержаниях на молдавской границе священнослужителей. Для чего? В чем сверхцель этого? Неужели в нашей стране справедливость и здравый смысл навсегда канули в Лету? А ведь еще совсем недавно, 30 декабря 2025 года, президент Майя Санду на встрече в митрополии благодарила Церковь за то, что она продвигает христианские ценности и ведет нашу страну к миру, осуществляя всеми силами эту добрую работу. И призывала членов Синода Православной Церкви Молдовы: «Давайте не будем ссориться, а начнем сотрудничать на благо страны».
Однако молдавских священников вновь и вновь останавливают пограничники. Выходит, на словах государство благодарит священнослужителей, а на деле продолжает преследование?
Пытаясь найти причины продолжающихся гонений на священников, мы побеседовали с протоиереем Николаем Флоринским, настоятелем Свято-Георгиевской церкви Кишинева.
– Отец Николай, вы помните свое самое первое задержание на молдавской границе? Как это было?
– Все началось в октябре 2024 года. Тогда по приглашению Патриарха Кирилла молдавское духовенство прибыло в Москву – это было паломничество по святым местам. Я был среди получивших приглашение священников. Неожиданно, при возвращении домой половина священнослужителей была задержана в аэропорту. Нас продержали три часа, выписали протоколы. Оказалось, что нас обвиняют в пассивной коррупции во время предвыборной кампании.
И тогда, и сейчас я подчеркиваю: никакого отношения мы не имели ни к каким политическим силам, никаких переворотов не собирались устраивать. Но власть решила по-другому и уже весной 2025 года мне пришел штраф почти на две тысячи евро. Я подал в суд, который выиграл. Вот с тех самых пор и начались регулярные задержания – и в аэропорту, и на сухопутной границе: на выезде, и на въезде. Часами удерживают на границе, обыскивают, составляют протоколы, спрашивают о банковских картах и деньгах.
– Как вы реагируете на эти эксцессы?
– Обычно мы смирялись, молились. Порой видели реакцию самих пограничников, когда они находили наши фамилии в некоем «черном списке».
– Интересно, кто составлял этот список? Какой такой чинуша возомнил себя богом?
– Нам бы тоже хотелось это узнать. Существует презумпция невиновности. В чем нас обвиняют? Почему продолжаются эти унизительные задержания? Ведь буквально перед Новым годом Майя Санду у митрополита Владимира сказала: «Начинаем всё с чистого листа. К Церкви нет никаких претензий!».
И вот я 2 января, буквально на третий день после той встречи, возвращаюсь домой, и снова меня задержали, обыскали и не предъявили никаких обвинений при этом.
Самое интересное – спрашиваю пограничников: «Когда вы нас отпустите?» В ответ слышу: «Не было звонка». В итоге священники вынуждены часами ждать решения какого-то чиновника. Хотелось бы узнать: наша судьба в чьих руках? Конечно, они понимают, что больше трех часов нас держать без предъявления обвинения нельзя. В итоге нас отпускают.
– Ладно, когда задерживают на въезде, хотя и это неприятно, но вылетающий самолет никого ждать не будет…
– Меньше всего их интересует, что мы можем опоздать на рейс. При очередном задержании в Кишиневском аэропорту мне стало плохо. Я попросил воды. Мне принесли стул, но воды так и не дали. Я плохо себя чувствовал. Мы вылетали в Москву с супругой к детям. Ее пропустили, а я остался на досмотр…
– И всё это происходит на глазах у других пассажиров…
– Люди узнают меня, прихожане всегда спрашивают: «Отец Николай, что вы тут стоите?» Я в таких случаях говорю: «А так желает власть, чтобы я всех вас приветствовал и благословлял на полет».
– Да, с чувством юмора у вас полный порядок.
– Последний раз, 2 февраля, мы с отцом Виталием и с семьями выезжали на лечение в Венгрию. У нас есть проблемы со здоровьем и необходимо было перед Великим постом сделать некоторые процедуры. Нас опять задержали на Леушенской таможне, продержав три с половиной часа.
Находящиеся на смене девушки-пограничницы поинтересовались: «А что вы сделали такого, что вас, занесли в „черный список” и вас предписано задержать?»
Когда нас спрашивают об этом, мы отвечаем: «Наверное, все это происходит потому, что мы относимся к Русской Православной Церкви».
Других причин просто нет. Мы лояльны к молдавскому государству. По Конституции Республики Молдова мы имеем право на своё мнение. Мы высказываем его. Чем-то мы довольны, с чем-то несогласны. Но, тем не менее, мы не препятствуем никаким государственным органам, не проводим подрывную и пропагандистскую деятельность. Мы не получаем финансирование от государства. Никаких заговоров не делаем. Мы – обычные, простые и мирные граждане, которые населяют нашу страну.
Интересный факт. Нас в последний раз продержали на границе три с половиной часа. Я спросил тогда: «А вы знаете, что по закону вы не имеете права держать нас без предъявления обвинения больше трех часов?» Выяснилось, что пока контрольного звонка, без которого нас не могли отпустить, – не поступило. И только спустя еще полчаса нас выпустили из страны.
Всему есть предел. Мы долгое время смирялись, но наступила точка кипения. Почему в нашей стране нарушается закон по отношению к нам? Причем негласно. Какой-то дядя или тетя где-то сидят и дергают за нитки. Почему наш президент не верна своим словам? Если она обещала, что всё будет с чистого листа и никаких проблем больше не будет у духовенства, почему продолжается это издевательство?! Ей нельзя верить? Она даёт свое слово и не держит его? Она откровенно лжет? Как так получается?
В итоге, собрав все протоколы за много месяцев, мы решили, что адвокат сделает запрос: на основании чего и каких «черных списков» нас регулярно задерживают на границе? И по итогам ответа пограничной полиции, мы соберем большую пресс-конференцию с участием молдавских и зарубежных журналистов. Мы намерены предать широкой огласке сложившуюся ситуацию, вплоть до того, что будем обращаться в ЕСПЧ. Такое мелкое издевательство, дешевое унижение духовенства совсем не красит наши власти, которые пытаются ущемить священнослужителей непонятно за что.
Вместо того, чтобы вести диалог, обозначить своё недовольство тем или иным конкретным примером, власть пошла по пути мелкого издевательства.
– Назвать происходящее чем-то мелким, язык не поворачивается…
– Конечно, это сказывается на нашем здоровье. И члены наших семей тоже переживают и страдают. Кстати, все эти эксцессы происходят у людей на глазах. И они начинают относиться с понимаем к нам и осуждают действия властей.
Такого никогда в моей жизни не было. Некоторые кричат про страшные времена для Церкви при Советском Союзе. Да никогда такого не было! Проблемы, задержания, нарушения прав человека – это из нашей с вами современной действительности. Я полжизни прожил в СССР и такого не видел. Никогда. Мы тогда были более свободны, чем сейчас в так называемой демократической стране. Никакой демократии на самом деле у нас нет. Идет преследование по всем пунктам.
Я думаю, что такое издевательство допускают по простой причине: мы являемся Русской Православной Церковью. Другого объяснения у меня нет. Происходящее – нарушение прав верующих людей.
– Отец Николай, как известно, посредником между митрополией и государством выступает секретарь, протоиерей Вадим Кейбаш. Вы как-то в интервью нам говорили, что обратились к нему, чтобы выяснить, что происходит? И какой результат?
– И в этот раз я обратился к секретарю нашей митрополии Вадиму Кейбашу. Прямо с границы мы позвонили ему и рассказали об инциденте. Именно он готовил встречу с президентом, являясь куратором между государством и митрополией. Я тогда так и спросил: «Как же так? Майя Санду встречалась с митрополитом Владимиром и обещала нулевую платформу». Он тогда обещал позвонить в президентуру и прояснить ситуацию. Вот только, по его словам, он тогда так и не смог дозвониться никуда. Никто так и не ответил ему. Другой вопрос, почему он не перезвонил в президентуру на второй, даже на третий день? Вопрос риторический?
Когда мы возвращались в страну, нас снова задержали. Правда, в последний раз продержали чуть меньше часа. Но почему-то в этот раз протокол на нам руки не дали. Обыскали два раза. Затем вызвали домнула полковника, у которого я спросил: «Доколе это будет? Какая причина?».
Меня очень интересует позиция нашего секретаря господина Кейбаша. Когда он, наконец, выяснит, в чем нас обвиняют? Когда прекратится это публичное унижение законопослушных граждан?
Меня очень сильно удручает, что по-прежнему на слуху одни слова и декларации о правах человека, о беспристрастности, о честном суде. И я очень сильно во всем этом сомневаюсь, исходя из данной ситуации.
– Отец Николай, спасибо вам за откровенный разговор. И дай Бог, чтобы наконец-то прекратились издевательства над священнослужителями.
Лора Веверица