Вчера Соцсети взорвались возмущением. Пользователи комментировали скандальную новость: Минкультуры назначило нового врио директора Русского драматического театра им. А.П. Чехова вместо Константина Харета. Им стал юрист и бывший милиционер-полицейский Федор Гладий. Как заявил министр культуры Серджиу Продан, театру нужен «свежий глоток воздуха». Чиновник надеется на то, что до завершения конкурса на должность постоянного директора, новый временный глава сможет разрешить накопившиеся проблемы.
«А что думаете об этом назначении вы?» – спросили мы у известных людей. Специально для нас отвечают:
Ольга Павлова, художник:
— Как только пришла новость об увольнении директора театра, в голове моей промелькнула смутная реминисценция о смещении с должности предыдущего директора там же, но несколько лет назад Подробностей уже не помню, но часть актёров и тогда взбунтовалась. И скандал шумный был, иначе бы не запомнилось это всё. Но, хотя мир закулисья и полон всегда интриг, выбор нового начальствующего лица, мягко говоря, странный. Театр абсурда какой-то получается. Вряд ли из этой затеи выйдет что-то хорошее. Потому что каждый должен заниматься своим делом.
Олеся Рудягина, председатель Ассоциации русских писателей Молдовы:
— Я думаю, что это безобразие и беззаконие. Но самое главное – издевательство и над труппой театра, и над его преданными постоянными зрителями, и – в целом – над Театром, над культурой.
В этой связи мне бы очень хотелось, чтобы господа, назначившие на пост директора ТЕАТРА человека, от театра далёкого – юриста, приходили, скажем, к стоматологу или ложились на операционный стол, а их нежно обслуживали бы юристы Минздрава. А что?! Пусть, будучи пациентами, попробуют подобный «глоток свежего воздуха», как назвал своё гротескное абсурдное решение министр культуры.
Валерий Балан, журналист:
— Министр еще заявил, что оторвали от ведомства хорошего юриста. Мол, почувствуйте нашу заботу. Но, как известно, хорошими кадрами не разбрасываются. А то, что юристу поручили руководить театром неудивительно. У нас же врач-уролог руководил минобороны. Кстати, юрист этот – бывший полицейский. Это такой намёк, видимо!
Игорь Чирков, актёр, режиссёр, сценарист
— Бред. Как у нас всё. Непрофессионально. Человек не имеет отношения к театральной жизни.
Валериу Реница, журналист, блогер, писатель:
— Мы вернулись в «старые добрые времена», когда государство управляло искусством. Министр снимает и назначает, пусть и через более или менее справедливый конкурс, руководителя театра! Мы это проходили, также, как уже проходили во время перестройки прямые выборы директора коллективом. И тот, и другой опыт давали, как правило, плачевные результаты.
Искусство – синоним творчества, а творчество требует свободы и не терпит вмешательства, тем более управления извне. Это отлично известно, я уверен, и нынешнему министру культуры. Просто, когда творческие люди занимаются управлением, они почему-то забывают об азах искусства. Нужно менять подход молдавского государства к искусству и культуре. В этой области не командовать надо, а оберегать ценности и помогать мастерам.
Нина Димогло, журналист, телеведущая:
— Ничего не могу сказать о новой кандидатуре, так как не знаю его. Я общалась с коллективом театра. Большинство выступает с требованиями оставить в своей должности Константина Харета. Любой театр – это особый, творческий коллектив. В таких коллективах важно, чтобы царили гармония и любовь к общему делу, а не то, что происходит сейчас в связи с изменениями. Я бы основывалась, принимая решение, на мнении коллектива. Тем более, я знаю давно и работников, и господина Харета, который жил этим театром. На спектаклях всегда собирались аншлаги. Не понимаю до сих пор, зачем надо было что-то так резко менять.
Маргарита Деордица, предприниматель:
— Кошмар! Явно пихают своих людей, далёких от профессии!
Наталья Устюгова, журналист:
— У нас уже не редкость, когда люди занимают руководящие должности, не имея профессионального образования. У нас был министр транспорта и дорожной инфраструктуры, который по образованию – ветеринар, и таких примеров профессионального несоответствия можно привести много.
Константин Харет был идеальным директором. Коллектив театра всеми силами пытался его защитить. Не получилось. К сожалению, это было предсказуемо. Что будет дальше, сказать сложно. Но лучше точно не будет. Теперь следует ожидать увольнения части коллектива. Первыми под раздачу попадут пенсионеры, директор-юрист позаботится о том, чтобы всё было по закону.
Андрей Кочанжи, гагаузский поэт, активист становления автономии:
— Стоит напомнить, что все задуманное властями и министром культуры РМ Серджиу Продан – это классика жанра по уничтожению всего русского во всем мире. Ничего нового этот господин не придумал. Театр имени А.П. Чехова в Кишиневе – это русский театр, и естественно репертуар у него соответствующий. Наверняка, коллектив ставит постановки и других авторов со всего мира, которые считает возможными.
Но, видимо, власти хочется на все это повлиять, а Константин Харет, как любой другой талантливый творческий руководитель, не любит, чтобы ему подсказывали, что ставить на сцене его театра. Тем более, чиновники. И это естественно. Репертуаром всегда занимается только директор и худрук.
Наверняка, можно было бы понять его отстранение, если бы артисты протестовали против него и его методов управления. Но из СМИ видим, что все обстоит наоборот. Они просят защитить своего директора от произвола властей. Несмотря на это Константина Харета отстраняют. Назначают временно исполняющим обязанности директора юриста и верят, что он нормализует функционирование театра, и самое главное, что он создаст творческую атмосферу.
Послушайте, уважаемые! Неужто молдавские юристы – творческие люди в театральной сфере? С кем он собирается создавать творческую атмосферу, если артисты, в большинстве, протестуют против увольнения своего директора? Надо помнить, что очень легко обидеть любого творческого человека. И достаточно сделать это один раз, чтобы сломать его. Видимо, все рассчитано на это. Минкульт очень торопится в этом вопросе. Объявляет конкурс на пост директора. А как мягко стелит! Смещение К. Харета оказывается необходимо, так как театру «нужен глоток свежего воздуха». Кто же будет дышать этим свежим воздухом, когда артисты театра бастуют?
Видимо, для успокоения коллектива объявили, что поменяется еще несколько директоров – в Бельцах и в театре «С улицы Роз». Я-то думал, что только Константин Харета «не очень ответственный директор» на своем посту, а оказывается есть еще несколько! В связи с этим закрадывается мысль: не связано ли это с их репертуаром? Так и хочется сказать господину министру: не забудьте, что Молдова – полиэтническое государство. Здесь живут не только румыны, но и граждане других национальностей. Огромное количество русскоговорящих. Зачем Вы их ущемляете? Стоит Вам, наверное, еще сходить хоть на один из спектаклей этого театра, чтобы посмотреть, а есть ли зрители?
Я лично живу в селе, но большой поклонник этого театра. Сейчас не могу себе позволить съездить в Кишинев на постановки из-за нехватки средств на жизнь. Однако в молодости, в студенческие годы, когда учился в Кишиневе, регулярно ходил в театр, так как был участником драмкружка, и в своих постановках мы пользовались декорациями и костюмами, которые любезно выделяло нам руководство театра.
Как-то все же был на их спектакле «Горе от ума». Восхищен артистами. С удовольствием еще раз посмотрю постановку вместе с Вами, господин министр, если пригласите меня. Надеюсь коллектив ее еще играет.
Наталья Силицкая, журналист:
— Театр – это тоже площадка для пропаганды. Недаром в советское время так тщательно следили за репертуаром театров и за назначениями директоров и художественных руководителей. Я бы сказала, что, как только государство пытается подмять под себя эту область, оно превращается в тоталитарное. С чем я нашу «демократическую» республику и поздравляю.
Что до моего личного мнения, то я считала Харета замечательным руководителем Чеховского театра. Он был на своем месте, и коллектив артистов его любил. Непонятно, с чего вдруг руководить театром должен юрист, и с чего вдруг Майя Санду озаботилась, хватает ли русскому театру свежего воздуха?! И что ей до того?
Геннадий Толпинский, экс-директор столичного лицея имени Кирилла и Мефодия:
— Я думаю, что вся эта чехарда, а другого слова нет по этому поводу, и дело не в директоре. Этот вопрос возник не сейчас, а давным-давно. Русский театр находится в центре города, этот театр – как бельмо в глазу. Кому-то нужно место, земельный участок – вот и весь сказ. Нужен сговорчивый директор, который отдаст это место. Вот и все.
Анна Лисевич, журналист:
— Министр культуры Серджиу Продан, назначив и.о. директора театра имени Чехова юриста Федора Гладия, заявил: «Это будет свежий глоток воздуха». Смело, однако. Кроме того, чиновник надеется, что до завершения конкурса на должность постоянного директора назначенец сможет разрешить накопившиеся проблемы. Ну да, выдаем желаемое за действительное.
Я хорошо знаю репертуар театра, видела постановки, со многими артистами лично знакома, в том числе и с Харетом. И считаю, что в коллективе есть прекрасный творческий потенциал, талантливые люди, фанаты своего дела. Зачем резать по живому? Если были какие-то проблемы, может, стоило помочь разрешить их? В творческих коллективах всегда бывают трения, но их вполне можно преодолеть. К тому же я уверена, что каждый должен заниматься своим делом. А юрист пусть работает юристом, а артист и режиссер – на сцене.
Олег Онищенко, бывший советник Кишиневского муниципального совета:
— К сожалению, в последнее время мы все чаще становимся свидетелями непрофессионального поведения представителей ряда министерств и ведомств в действующем правительстве, которые нарушают принципы демократического и прозрачного управления, за которые они так сильно ратовали, когда находились в оппозиции.
Мы надеялись, что лихие времена беззакония и своевольного управления остались в прошлом, но, как показывает реальность, – нет. Множество людей назначаются с нарушением действующего законодательства – без проведения конкурсов – просто по принципу: это – свой, а это – не свой. Власти должны понимать, что они, в таком случае, ничем не отличаются от своих предшественников.
Елена Ройтбурд, журналист:
— Нынешняя власть действует в своем репертуаре: придает законам обратную силу. А вообще у этой истории длинная борода, и дело, в принципе, даже не в фигуре Константина Харета. На здание театра, вернее, на участок земли, на котором оно находится, давно точат зубы ушлые бизнесмены. Место-то золотое, самый центр города. Были попытки и приватизировать здание, и устроить на втором этаже бар и даже казино. К чести Харета, ему, хоть и с большим трудом, удавалось эти атаки отбить, хотя угрозы он получал весьма нешуточные. Но, как известно, нет человека – нет проблемы. Не исключено, что с новым руководителем чьи-то шкурные интересы будет гораздо легче удовлетворить.
Что касается персоны вновь назначенного и.о. – вспоминается номенклатурный принцип советских времен: вчера человек руководил баней, а сегодня возглавил филармонию. Театр – особый организм, им нельзя руководить по стандартным законам менеджмента. Странно, что этого не понимает министр культуры, получивший сразу два высших образования в области искусства – сначала в театральном училище имени Щукина в Москве, а потом там же во ВГИКе.
А временный директор даже и не менеджер. И человеком со стороны его, как утверждает министр, совершенно нельзя назвать, если он представляет в качестве юриста интересы министерства в суде, куда подал иск Харет. Конфликт интересов налицо. Конечно, волевым решением русский театр никто не закроет, его просто тихо-мирно постараются довести до кончины. Как бы не вышло так, что к 90-летию театра о нем останутся одни воспоминания…
Евгений Богнибов, доктор архитектуры:
— Искусство, какой бы направленности оно ни было, устроено так, что возглавлять его должны лучшие из лучших представителей именно данного вида творческой деятельности. Оно аллергически не воспринимает никакого вторжения в него никаких иных сил в качестве генерирующих, ориентационных и показательных, как только из данного вида творческой сферы. Писатель не может быть руководителем балета, музыкант – ведущим специалистом архитектурной мастерской, певец – руководить дизайнерским коллективом и в таком духе можно привести ещё множество нелепых примеров. Роль юриста в такой ситуации даже не анекдотична, а вообще немыслима.
Константина Харета лично не знаю, но с детских лет знаю его маму, которая была в 1950-е годы ученицей у моей мамы в Первой молдавской школе Кишинёва. Так уж получилось, что это знакомство живо и по сей день. В этой связи несложно догадаться, что влияние профессии мамы, Паулины Завтони, было параллельной профессиональной школой самого высокого класса для своего сына, помимо соответствующего образования в области театрального искусства.
Опыт работы с данным коллективом многие годы и личное рабоче-творческое знание всех работников театра также не может не иметь в данном случае позитивного значения и ценности. Главенствующим также является мнение самого коллектива, с которым нельзя не считаться. Но в нашей жизни происходят самые разные нелепости, и это давно уже не удивляет.
Подобное происходит даже в самых верхних слоях власти, когда, например, архитектурой Молдовы может управлять министр сельского хозяйства. Такое в практике страны не так давно было. Да и сегодня архитектура нашего государства не имеет ведущей правительственной инстанции и профессионалов-архитекторов, которые бы управляли этой глобальной деятельностью в Молдове. Кстати, здесь ущербность от таких нелепостей ещё более губительна для всей многосторонней жизни нашего государства. И почему-то эта дикость не видна тем, кто эти государственные огрехи должен замечать, исправлять, контролировать и не допускать.
Прошу меня извинить, не удержался и перешёл для примера о наболевшем. Седьмого сентября состоится XI Съезд архитекторов Молдовы, и хотелось бы, чтобы он был замечен правительством и парламентом страны.
Александр Вегера, фотохудожник:
— А что тут думать? Давным-давно всем известно, что все склоки, передряги, клевета, зависть и т.п. имеют место именно в местах, которые, вроде бы, считаются каким-то культурным центром, будь то театр, союз художников, литераторов, школа! (знаю не понаслышке). Директор должен быть хорошим завхозом, добывать деньги для театра, содержать театр в надлежащем виде, и ему совершенно не обязательно отличать комедию от трагедии и обращать внимание на всякие капризы «звездочек». Они такие же работники, как другие работающие, а корчить из себя утонченную натуру могут в палатках возле парламента. Меня совершенно не колышет, что там происходит внутри этого очага культуры.
Сергей Скрипник, телеведущий, писатель:
— Назначение бывшего полицейского временно исполняющим должность директора – просто смех, да и только. Накопившиеся проблемы театра(ов) можно решить только подбирая кадры из творческой среды актёров и режиссёров. А так – это очередной «цирковой» номер нашего министра.
Наталья Синявская, журналистка:
— Думаю, театр хотят закрыть, а здание прибрать к рукам. Действуют очень цинично, впрочем, как и во всех других сферах.
Федор Терзи, общественный деятель:
— Я нынче ничему происходящему у нас не удивляюсь, вот думаю, почему бы для полного счастья на эту должность не назначить вечно здравствующего матёрого униониста и сценического «героя» Оазу Нантоя?
Вот из-за таких, нафталином протертых и вечно вчерашних, в Молдове вот уже три десятка лет царит развал, хаос и межнациональная вражда. Русскому драмтеатру имени А.П. Чехова я желаю процветания и достойно выстоять в этой неравной и несправедливой борьбе.
Элеонора Мещерякова, художник-флорист:
— Все юристы изучают УК – Уголовный Кодекс… Может, этого Ф. Гладий не туда направили? А украденным миллиардом заняться не пробовал?
Василий Нейковчен, журналист:
— «Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник». Не хочу спорить «о свежести воздуха», который будет идти от б/у полицейского, но эффект уже очевиден. Работает знаменитый принцип времен военного коммунизма – каждая кухарка должна уметь управлять государством.
В Молдове уже, в принципе, доуправлялись. Это особенно понимаешь, читая биографии нынешних отраслевых министров – вуз, НПО, советник, министр. Оттого у нас во всем – полная верхняя седалищная мышца.
А народ со страхом думает, что делать и как выжить?!
Тут одно намерение – просто уничтожить театр, поскольку господин из МВД вряд ли относится к театралам или имел вообще какое-то отношение к искусству.
Казалось бы, господин Продан как человек искусства должен знать аксиому – каждый баран должен нести свои рога. Иначе беда. Хотя она кругом, и выхода нет. Прав был дедушка Крылов, только подзабыли его, или не знали.
Кристина Тростинецкая, мама пятерых детей:
— А я не понимаю, как человек, который не имеет отношения к театру может стать его директором? И на каком основании эту должность получил бывший юрист? Считаю, это решение – незаконным! Совершенно очевидно, что эти реформы не к добру. Думаю, что это будут сложные времена для театра и его зрителей.
Мы любим театр Чехова и его артистов с детства. Наши дети выросли на этих замечательных спектаклях: «Снежная королева», «Бременские музыканты», «День рождения кота Леопольда», «Золотой ключик», «Белоснежка и семь гномов», «Золушка», которую поставил выдающийся артист театра имени Чехова Геннадий Бояркин. Поэтому нам не безразлична судьба театра и его артистов! Мы знаем, что под руководством К.Харета, который так же является артистом этого театра, театр собирал полные залы и восторженные отзывы зрителей как у нас в городе, так и за его пределами во время гастролей. И я думаю, что только человек с активным театральным прошлым может быть руководителем театра.
Сергей Сулин, художник:
— «Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник». «Щука и Кот». Крылов.
Алла Туз-Харет, актриса театра имени Чехова:
— Мы боролись и будем бороться против беззакония и несправедливости. Высказываем открыто свое мнение! Обратились за помощью к президенту, но ответа так и не получили ни на обращение, ни на письмо. Из этого делаем выводы – кто за этим стоит!
Министр тоже непоследователен в своих высказываниях, говоря о том, что причина то в реформе, то во внутреннем конфликте с «кучкой» петиционеров, то в свежем глотке… По- моему они запутались сами. И поэтому закинули к нам своего разведчика – юриста министерства, чтобы все сделать «прозрачно, открыто и честно». Они не вечны, и за свои деяния рано или поздно придётся отвечать!
Илья Бершадский, продюсер:
— Я думаю, что мы не знаем истинного положения вещей, и какие были реальные отношения у Константина Харета с государственными деятелями. Или он где-то что-то ляпнул, или поддерживал социалистов. Просто так ничего не происходит – всегда есть веская причина.
Лилия Шоломей, оперная певица:
— Лучше Константина Харета не может быть директора. Театр надо любить и понимать! «Любите ли Вы театр, как люблю его я?» – вот эти слова Татьяны Дорониной относятся к тем, кто совершает ошибку, вырывая с мясом Константина из «тела» театра имени Чехова.
Лоретта Гандрабура, экс-вице-министр просвещения:
— Я не в курсе для того, чтобы высказывать собственное мнение. Здоровья и мира всем нам!
Роберт Западинский, главред «Коммерсант-Инфо»:
— Не ищите здравомыслие и логику в кадровой политике молдавского государства при нынешнем руководстве страны! Им не нужны умные и грамотные профессионалы, искренне преданные своему делу! Главное для них – как можно скорее выдвинуть на высокие и хорошо оплачиваемые должности своих родных и друзей!
«Кумовство» – в крови у нынешней некомпетентной троицы – Санду, Гросу и Гаврилицы! Поэтому так тяжко стало нам жить в Республике Молдова! И кумовство, и коррупция – отравленные плоды одного дерева, произрастающего уже более тридцати лет в нашей стране под названием «властная вертикаль», и сломать, или выкорчевать их, увы, мы ещё не скоро сможем!
Елена Узун, музыковед, критик:
— Новость приятная. Но не стоит акцентировать внимание только на русском театре. Насколько я знаю, с должности снят и директор оперного театра Ион Гросу, не имевший к музыке совершенно никакого отношения. Меня это очень радует. Он много бед натворил.
В советские времена директора театров менялись очень часто. И это делали осознанно, чтобы они не обрастали только своими людьми, что и произошло в театре имени Чехова. Харет уволил режиссера Виктора Казаченко. Под жесткой угрозой увольнения были режиссер Илья Шац, ведущие актеры Вера Марьянчик и Юрий Андрющенко.
Меня – музыковеда, единственного музкритика в стране в области оперы и балета – уволил безграмотный директор Ион Гросу. Поэтому реформы были очевидны. Если можно увольнять сильнейших профи, то однозначно стоит «освежать» администрацию театра. Иначе мы погрязнем в провинциальном застое, полагая, что это и есть европейский уровень.
На самом деле, оба театра абсолютно не преуспели в последние годы. Им нужно встряхнуться и изменить репертуарную политику на более современное видение. Реформа театров касается всех театров страны. Харет – отнюдь не исключение, и дискуссии о нем не имеют смысла в дальнейшем.
Павел Григорчук, председатель правозащитной организации «Право на справедливость»
— В русском театре Чехова министерство культуры незаконно отстранило с должности директора Константина Харета, чтобы в итоге на эту должность временно назначить юриста минкульта Фёдора Гладий.
Дальше следите за руками этих мошенников. А также следите за тем, кому достанется земельный участок на месте нынешнего сквера перед театром. Место сладкое, в самом центре Кишинёва.
После того, как юрист и бывший мент Гладий разберётся с земельным вопросом, театр (уже без сквера) перейдёт в руки каким-то беглым из России артистам-либералам, которые будут ставить идеологически правильные постановки про ГУЛАГ, про то, как советские солдаты насиловали немок в Берлине, и, конечно же, про самый главный культурный вопрос современности, который больше всего заботит правящую власть – перформансы про ЛГБТ+.
Вот такой русский театр – с украденной у государства землёй и с постановками про гендеры и геев – будет нынешнюю власть компрадоров полностью устраивать.
Абсолютное большинство работников театра, а также посетители театра против таких перемен. Но когда нашу власть волновало то, о чём думают люди? Особенно если они думают на русском языке.
Государственный Русский Драматический театр имени А.П. Чехова был замечательным местом. Но, по всей видимости, эти носороги во власти затопчут его. Следующим для их атаки будет избран, конечно же, театральный лицей и «Театр с улицы Роз».
Опрос провела Лора Веверица