Православный мир встретил Светлое Христово Воскресение – самый большой и светлый христианский праздник! «Христос воскресе!» – говорим мы, приветствуя друг друга. И в ответ слышим: «Воистину воскресе!». И так будет до самого праздника Вознесения Господня. Так мы делимся благой вестью и радуемся важному для всех христиан мира событию.
«Ваша самая запомнившаяся Пасха? – спросили мы у известных людей. Специально для нас отвечают:
Константин Москович, музыкант:
– Однажды на Пасху мы собрались все вместе: те, кто прилетел из-за границы, и те, кто всегда был рядом. Мы решили объехать всех родных, но природа решила иначе – полил ливень. Мы ходили по грязи, уставшие, мокрые до нитки, но дико счастливые.
В каждом доме нас ждал особый мир: то мы заливались смехом над историями из детства, то вдруг замолкали, вспоминая тех, кого нет с нами. Мы успели объехать всех! Это был день, когда погода пыталась нас остановить, а любовь – нет. И я понял: настоящая Пасха не в нарядных скатертях, а в том, чтобы найти силы и время сказать: «Христос воскресе!» всем, кого любишь, даже под дождём.
Валериу Реницэ, писатель, журналист:
– Мне запомнилась больше всего Пасха 1971 года. Я тогда учился в пятом классе в соседнем селе Минджир Котовского (ныне Хынчештского) района. К сожалению, запомнилась она мне из-за психологической травмы.
Государство тогда боролось с религиозными проявлениями «отдельных» граждан: вся местная власть, партийные кадры и интеллигентская прослойка, в особенности учителя, бросались на глупую борьбу с праздником.
Это была непростая борьба, потому что в соседних сёлах храмы были «законсервированы», и население окрестностей устремлялось к полуночи в Свято-Николаевскую церковь этой местности. По моим детским меркам, это было похоже на столпотворение.
Кроме естественного православного движения, было ещё одно, очень похожее на партизанское. Отряды мальчишек от 7 до 17 лет своевременно запасались боевыми снарядами, которые они раскапывали из оставшихся после ужасных боёв Ясско-Кишинёвской операции (август 1944 года) запасов на большом расстоянии от этой местности. Из года в год органы безопасности искали эти схроны, но поиски не давали удовлетворительных результатов. Снаряды бросали в пасхальные костры на вершинах холмов, что окружали село. После полуночи раздавались взрывы с неописуемыми фейерверками – своеобразные поздравительные открытки в понимании дерзких мальчишек.
Каждый такой боевой салют на Пасху заканчивался обычно жертвами, хотя в Пасхальную ночь из района присылали машину с полным кузовом милиционеров. В ту весну 1971-го года праздник плохо кончился для двух моих коллег из параллельного класса: один остался полуслепым, другой – без кисти руки. Если снаряды долго не взрывались, кто-то из самых смелых шёл проверять целостность боеприпаса. В школе перед Пасхой даже были специальные уроки по предотвращению нашего участия в этой партизанско-религиозной войне, но тогда школьные законы сильно расходились с религиозными по сути.
Ольга Павлова, художник:
– Самой запомнившейся была Пасха, встреченная в православном Соборе Рождества Пресвятой Богородицы в Лондоне. Небольшой, очень уютный храм, со сводом, расписанным золотыми звёздами по голубому фону. Чтение Евангелия на трёх языках. Благодатный огонь, доставленный прямо во время службы мужчиной, словно сошедшим из фильмов про 90-е годы: малиновый пиджак, золотая цепь. Огромная палатка с большим столом возле храма для освящения пасхальной снеди и невероятно добрый, но непреклонный священник, который всем объявил, что спиртное освящать не будет. Я даже не удивилась, когда обнаружила мужа беседующим у храма с каким-то человеком. Как оказалось впоследствии, они оба работали в Молдове в одном учреждении лет десять тому назад. А встретились в пасхальную ночь в Чизвике.
Елена Белоконная, телеведущая, арт-фэшн продюсер:
– Самые яркие были именно в Молдове. А запомнившаяся? Наверно, это была первая, осознанная мною, Пасхальная неделя. Мне было 15 лет. Москва, компания друзей от 15-ти до 17-ти лет, очень разных, но удивительно ярких, дополняющих друг друга. И Пасха была такая же ранняя, как в этом году. Времена были ещё советские и попасть на Крестный ход было не только сложно, но часто и сулило проблемы людям, настроенным продвигаться по карьерной лестнице. Но моя маман и её друзья из госбезопасности имели свои привилегии. Оттого решили пойти на Пасхальное богослужение в Елоховский собор. Мне тоже удалось побывать на этом действе, хотя и снаружи церкви, но в сам момент выхода священнослужителей и обхода вокруг собора. Помню настроение, состояние странного непокоя, погасшую свечу.
В ту пасхальную неделю погиб мой очень близкий друг. После Пасхи мы его нашли и хоронили в апреле. С той поры апрель для меня сложный месяц, а ранняя Пасха как напоминание о бренности земного и странной жестокости людей. Четыре десятка лет прошло, а веры людям больше не стало. Явись нам сейчас Мессия, его распнут до первой проповеди.
Валентина Дерменжи, главный хранитель и врио директора Историко-краеведческого музея города Комрат:
– Светлая Пасха – это праздник в кругу семьи, близких. Надежда на лучшее. Это радость и ожидание чуда! Это наш главный праздник праздников, поэтому каждая Пасха остаётся в памяти и запоминается на всю жизнь. Христос Воскресе!
Алекс Шишкин, артист:
– Самая дорогая моему сердцу Пасха – когда были живы и здоровы мои родители! Когда большая семья за огромным столом…
Луминица Сувейка, доктор медицины:
– Когда были живы родители, и дедушка с бабушкой. Сейчас мне очень их не хватает и на праздники мне становится грустно без них.
Арина Сато, офицер полиции:
– Самая добрая, запомнившаяся Пасха, была двадцать лет назад, когда и старшее поколение было с нами, и наши дети, их внуки – вся семья в сборе.