Алекс Димитров: «Моё место – среди тишины природы, а не на парламентских заседаниях или акциях протеста. Но это отнюдь не означает, что у меня нет своей гражданской позиции»

Последнее время жизнь мало кого радует. Тем не менее, есть люди, которые дарят другим и радость, и красоту. Вот про них мы и рассказываем в нашем проекте «Лица Молдовы».

Самое интересное, что их немало. Они живут рядом с нами, порой мы их очень хорошо знаем. Они живут полноценной жизнью и с ними интересно. Вот это и есть самое главное, что позволяет нам оставаться людьми – буквально на каждом шагу можно встретить интересного человека.

Наш собеседник – Алекс Димитров, известный фотохудожник и карикатурист.

— Господин Димитров, всегда с интересом рассматриваю ваши фотографии: потрясающе красива наша Молдова на ваших фотозарисовках. А еще вы признанный мастер политической карикатуры. Вот как она совмещается со сказочной красоты фотографиями молдавской природы? Казалось бы, достаточно далеки они друг от друга.

— Действительно, социально-политическая карикатура и пейзажная фотография абсолютно противоположные жанры визуального искусства. Тем не менее, ещё с отрочества желание рисовать смешные картинки не мешало моему увлечению фотографией. Помимо этих занятий я ещё ходил в волейбольную секцию, учился в музыкальной школе и играл на бас-гитаре в школьном ансамбле. Так что скучать не приходилось. Со временем занятие спортом и музыкой отошло на второй план, и мне остались только карикатура и фотография (если не считать литературу, которую я преподавал в школе), что тоже требует немало времени. Принято считать, что всё в природе дуально – свет-тьма, добро-зло… В моём случае карикатура – для ума, а фотография – для души. 

— И все же, что важнее для вас, Алекс? Что вы любите больше?

— Откровенно говоря, для меня сейчас уже и карикатура постепенно уходит на второй план. Трудно объяснить почему, я всё же люблю её по-прежнему, но уже без какой-то искорки, без особого желания. Дело в том, что карикатура несёт в себе элементы протеста, гротеска, сатиры, иронии. Социально-политическая карикатура должна быть всегда задиристой, бескомпромиссной, где-то скандальной, т.е. любви, по сути, в ней мало. Но со временем во мне что-то щёлкнуло, и я стал отдаляться от этого жанра, хотя продолжаю рисовать для двух детских журналов. Но там никакой политики, конечно, только добрый юмор, который нравится детишкам.

Но только фотография приносит спокойствие и умиротворение моей душе. Если раньше я подвергал больше анализу и критике окружающую жизнь, теперь я просто созерцаю и восхищаюсь красотой природы, которую я всегда любил. И пусть я не профессиональный фотограф, состоящий в каком-то редакционном штате или агентстве, иногда некоторые редакции покупают у меня фотографии, пусть и за смешную цену. Но мне кажется, что, если бы я работал фотографом в какой-то редакции, фотография, вернее работа фоторепортёра, осточертела бы мне. Хотя мне приходилось около пяти лет фотографировать для одной нашей известной газеты, лучшие фотографии, которые я сделал в редакционных командировках, отнюдь не относились к заданию редактора. Хотелось больше творчества, а не рутины. Но и рутина необходима, я понимаю это прекрасно.

Как бы ни было, теперь меня никто не приглашает фотографировать, поэтому я вольный художник – фотографирую, что хочу и где хочу. И моё место – среди тишины природы, а не на парламентских заседаниях, приёмах или акциях протеста. Но это отнюдь не означает, что у меня нет своей гражданской позиции.

— Давайте, для начала, о природе. Какое свое фото вы считаете лучшим?

— Трудно сказать, у каждого фотографа имеется огромный личный фотоархив, и естественно, у него есть свои лучшие работы, но есть и послабее, с которыми он всё же не расстаётся, потому что они бывают ему дороги как память, хотя и не представляют особой художественной ценности. Так и у меня – есть фотографии, которые я считаю удачными, а есть и слабые, но которыми я всё же дорожу и просто никому не показываю.

Большая часть моего фотоархива – это пейзажи. Мне нравится ходить по лесам и полям, полной грудью дышать чистым воздухом, забыв о маске, наблюдать, восхищаться красотой капелек, стекающих с иголок ели, ловить в объектив улетающую в тёплые края стаю птиц… И в этот момент, вы забываете обо всех своих проблемах, о пандемии, о войне, об энергетическом кризисе, о социальной несправедливости, коррупции…

Да, это можно назвать уходом от реальности, отшельничеством, но разве природа – не реальность? Только другая, дающая положительную энергию и заряд бодрости. Ведь мы хотим считать себя свободными людьми, поэтому каждый выбирает то, что ближе его душе.

— А есть самое смешное?

— Есть у меня и смешные фотографии, но чаще всего их главными героями являются наши дачные коты. Их очень сложно фотографировать, просто так не уговоришь их позировать – надо только долго выжидать и ловить момент. Или просто начинать… мяукать.

— Алекс, а вам еще не надоело создавать политические карикатуры?

— Политические карикатуры я уже год как не рисую. Но это не означает, что я не могу выразить свой протест или возмущение какой-то несправедливостью. Обычно я стараюсь в соцсетях не уделять слишком много внимания политическим событиям, но иногда «прорывает», и я нередко сопровождаю свой текст какой-то карикатурой из архива, которая остаётся по-прежнему актуальной.

— Были случаи, когда от вас требовали извинений за карикатуру или, может, вам угрожали из-за карикатуры?

-Нет, таких случаев у меня не было. Более того, это передо мной должны многие редакторы газет извиниться за то, что брали из сети мои карикатуры, стирали авторскую подпись и вставляли свой текст. По большому счёту, надо было подать на них в суд, но заниматься этой канителью не хотелось. Ладно просто бы «тырили», оставив карикатуру неизменённой и с подписью, а тут – грубейшее нарушение авторских прав!

— Чаще всего вы публикуете свои карикатуры в соцсетях, а нет желания увидеть их на большой выставке? Или выпустить красочный фотоальбом?

— Выставки карикатуры, красочные альбомы – всё это дела минувших дней. Я уже сполна прошёл это. Сейчас мне было бы куда интересней увидеть свои фотоработы на персональной выставке, уже не говоря об издании фотоальбома. Но я рад и тому, что успел поучаствовать во многих фотовыставках Союза фотохудожников Молдовы.

— Кто из карикатуристов прошлого ваш кумир?

— Конечно, датский карикатурист Херлуф Бидструп. Уверен, что во многих семьях ещё сохранились тома его комиксов и карикатур. Высочайший профессиональный уровень, когда идея великолепно сочетается с формой. Люблю также многих советских и современных карикатуристов. Их – целый океан.

— Сейчас стали популярны мемы и фотожабы. Чем они отличаются от карикатур?

— Что ж, и это жанр, который также имеет право на жизнь. Но часто фотожабы носят оскорбительный характер, весьма далёкий от созерцания и умиротворения. В далёком историческом прошлом (да и сейчас нередко) карикатура также вызывала общественное возмущение и порицание. Тем не менее со временем она стала полноправным жанром графического искусства.

— Алекс, есть ли границы допустимого в ваших карикатурах или можно высмеивать абсолютно всё и всех? Насколько допустимы провокация, глумление и кощунство в карикатуре?

— Конечно, определённые границы должны быть, хотя их довольно трудно установить. Сатире и высмеиванию могут быть подвергнуты те, кто сознательно причиняют вред обществу или любому отдельно взятому человеку, страдающему в результате корыстных действий своего обидчика. Но когда дело касается глумления над какими-то религиозными и культурными святынями различных народов, нравятся они нам или нет, надо притормозить, иначе можно спровоцировать конфликт, нередко заканчивающийся кровопролитием, как случилось в 2015 году с редакцией французского журнала Charlie Hebdo, когда из-за провокационных карикатур на исламского пророка Мохаммеда были убиты 12 человек.

Надо всегда думать о последствиях и проявлять ответственность, а не носиться со своей безграничной свободой слова, которой, по сути, нет в полной мере и на Западе.

— Ваша любимая карикатура?

— Любимых нет. Есть только те, которые, по моему мнению, удачные и нравятся мне самому. Но есть, конечно, и менее удачные, и это естественно.

— А та, за которую вам стыдно?

— Пожалуй, есть одна. Однажды моя коллега по газете, в которой мы давно работали, попросила меня нарисовать картинку про то, как молдавские яблоки наравне продаются и конкурируют на европейском рынке. Это было неправда, в основном, яблоки экспортировались до недавнего времени в Россию. А квоты на молдавскую продукцию в ЕС были ничтожно малыми (как, впрочем, и сейчас). Я сказал коллеге об этом, и мы даже довольно крепко поспорили. Она работала в какой-то еврогрантоедской организации, и ей нужна была цветная лакированная картинка, которые так любят наши горе-евроинтеграторы. В память о нашем былом сотрудничестве картинку я всё же нарисовал, но не подписал. И дело было даже не в гонораре, по молдавским меркам он был ничтожным. До сих пор не понимаю, почему я нарисовал и отослал ей эту евролапшу. Но с тех пор я больше с ней не общался. Это, пожалуй, единственный случай, когда я пошёл на глупый компромисс, по сути, ни к чему, меня не обязывающий. Кто работает в СМИ, знает, что такое бывает в работе журналиста, и это печально.

— Алекс, у вас есть и социальные фото. Это уходящий жанр, вместе с социальной журналистикой. И сделать их невозможно, если у автора нет понятия добра и зла. А лично вы, что вкладываете в эти понятия?

— По-моему, сколько существует общество, социум, столько и будет существовать социальная фотография (о журналистике не буду утверждать). Фотограф, несомненно, должен обладать морально-этическими качествами, а не быть просто наглым и беспардонным папарацци. На первый взгляд, фотограф, фиксирующий какой-то социальный момент, должен быть беспристрастным, но в его снимке позже можно разгадать его отношение к происходящему. Фотограф – не просто человек, фиксирующий реальность, он тот, кто даёт информацию и пищу для осмысления этой реальности.

— Ваш любимый цвет, запах, продукт, напиток?

— Люблю все цвета, если говорить о цветной фотографии, но у меня особое отношение к чёрно-белой фотографии или в тонах сепии.

Если говорить о запахах и продуктах – их список весьма обширен, как и у большинства людей, а если о напитках – в зависимости от ситуации. Поэтому мне очень нравится встречаться со старыми друзьями. Старый друг – это как хорошо выдержанное вино.

— Чем для вас пахнет детство?

— Для меня – новыми детскими книжками, которые покупала мне мама, от них всегда исходил сладковатый запах типографской краски. Может, поэтому я подсознательно полюбил цветные детские книжки с картинками, поэтому и сейчас рисую для них.

— В чем вы видите смысл жизни?

— Дарить близким людям радость, быть полезным для них.

— Счастье – это…? Вы счастливый человек?

— Счастье – прожить, делая добро людям, животным, попавшим в беду, и, конечно, моим дачным котам. Да, я однозначно счастлив.

— Какими качествами нужно обладать, чтобы добиться успеха? У вас есть личная формула успеха?

— Здоровые амбиции, целеустремлённость, желание постоянно учиться и расти.

— Сегодня мы все учимся жить в новых реалиях. Как вы думаете, что спасет мир: политическая карикатура или красота природы?

— Если без пафоса – желание понять друг друга, взаимное стремление к добру и любви, отсутствие эгоизма, взаимовыручка. Искусство карикатуры и фотографии призваны лишь обогатить наше внутреннее начало, которое позволило бы добиться всего вышеперечисленного.

— Алекс, что бы вы пожелали читателям сайта «Традиция»?

— Прежде всего здоровья, выдержки, терпения, сохранять чувство юмора и не мёрзнуть от холода!

— Спасибо вам за интересный и откровенный разговор.

Ведущий проекта Лора Веверица

Жизнь в фотозарисовках Алекса Димитрова