История началась почти шесть месяцев назад, когда несколько человек разных профессий, с разными опытом и, вероятно, убеждениями задались вопросом: а не могли бы они вместе сделать что-то полезное для Молдовы? Потом были дискуссии, встречи, противоречия, поиск общего знаменателя. В конце концов идея обрела организационную форму: Congresul Mondial al Moldovenilor – Всемирный конгресс молдаван, официально зарегистрированный 20 октября 2026 года.
Ещё один конгресс? Именно этого нам и не хватало!
У нас уже вдоволь партий, парламентов, правительств, президентов и бывших президентов, экспертов, аналитиков – и по одному «спасителю нации» в каждом углу Facebook. Все точно знают, куда надо повернуть Молдову, как взять её за уздечку и потащить в нужную сторону. Одни тянут её в Европу, другие – в Россию, третьи – в Румынию. Есть и такие, кто предпочёл бы оставить её там, где она есть, только бы их не заставляли каждый день выбирать между Востоком и Западом. Почти всех объединяет одно: непоколебимая уверенность, что виноваты другие.
В таких условиях идея Первого Всемирного конгресса молдаван – Primul Congres Mondial al Moldovenilor – может показаться ещё одной политической шуткой дурного вкуса. Признаюсь, и я отнёсся бы к ней с подозрением, если бы её представили как новую организацию, призванную спасти народ. Но наша беда не в отсутствии спасителей. Наоборот, их у нас так много, что страна едва вмещает. Беда в том, что, пока каждый спасает нас по-своему, мы рискуем потерять именно то, что, как уверяем, защищаем: Молдову.
Мы дошли до того, что обсуждаем свою страну как спорное наследство, словно потерявшие моральные ориентиры отпрыски, одержимые желанием отхватить побольше от родительского дома. Кто имеет право на историю Молдовы? На её название? На её язык? Кто вправе говорить от её имени и, главное, кто вправе решать её будущее?
В этих спорах обычному гражданину отведена скромная роль – роль избирателя. Раз в несколько лет его призывают решить судьбу страны, а потом объясняют, правильно он проголосовал или нет. В перерывах между выборами он может свободно наблюдать за этим спектаклем. Билет он оплачивает из собственного кармана. А Молдова тем временем пустеет от молдаван.
Наши дети растут в Италии, Франции, Германии или Канаде. Родители стареют дома. Семьи общаются через экран телефона. Деревни теряют жителей, города теряют людей, которые могли бы здесь что-то построить. Не нужно быть великим геополитиком, чтобы понять, что происходит. Достаточно пройтись по деревенской улице и посчитать запертые ворота. Мы же продолжаем спорить с такой энергией, что, будь она направлена на настоящий труд, давно изменила бы облик страны. Об языке. Об истории. Об идентичности. О том, кто мы есть и кем должны быть.
Я не предлагаю отказаться от этих споров. Это и невозможно. У каждого есть право на свои убеждения, в том числе и на те, которые мне кажутся ошибочными. Но, возможно, нам стоит принять одну простую истину: право думать по-разному не обязывает нас жить как враги. У нас могут быть разные мнения о прошлом и будущем. Мы можем голосовать за разные партии. Мы можем смотреть на мир из Кишинёва, Комрата, Тирасполя, Бухареста, Москвы или Брюсселя. Но если Республика Молдова – это страна, в которой мы живём, или страна, из которой мы уехали, есть вопросы, от которых мы не можем отстраниться. Как её сохранить? Как сделать её пригодной для жизни? Как убедить наших детей, что с ней стоит связать своё будущее?
И, пожалуй, самый неудобный вопрос: что мы сами готовы сделать, не ожидая, что другие решат наши проблемы?
Именно из таких вопросов и родилась инициатива о проведении Первого Всемирного конгресса молдаван.
История началась почти шесть месяцев назад, когда несколько человек разных профессий, с разными опытом и, вероятно, убеждениями задались вопросом: а не могли бы они вместе сделать что-то полезное для Молдовы? Потом были дискуссии, встречи, противоречия, поиск общего знаменателя. В конце концов идея обрела организационную форму: Congresul Mondial al Moldovenilor – Всемирный конгресс молдаван, официально зарегистрированный 20 октября 2026 года.
Не потому, что мы открыли высшую истину о Молдове. И не для того, чтобы основать партию, трибуну против кого-то или ещё один клуб, где патриоты вручают друг другу дипломы патриотизма. А потому что молдаванам нужно место, где они могли бы обсуждать свои общие интересы, не подвергаясь при входе проверке на политическую или идентитарную корректность. И этот разговор не может оставаться в пределах страны.
Молдаване из диаспоры – не просто цифры в статистике денежных переводов. Это люди, которые познакомились с другими обществами, другими институтами, другими правилами труда и жизни. Они приобрели опыт, навыки, связи. Многие не утратили связи с Молдовой, хотя Молдова порой, кажется, вспоминает о них лишь накануне выборов или когда подсчитывает деньги, отправленные домой. Пора начать видеть в них не только источник доходов и голосов, но и живую часть нашего общества. Конгресс должен дать им возможность принять участие в серьёзном обсуждении будущего страны.
В наших деревнях, на перекрёстках дорог, когда-то были – и кое-где до сих пор остаются – колодцы. Люди приходили со всех сторон, пили воду, обменивались парой слов и шли дальше. Возможно, Всемирный конгресс молдаван мог бы стать попыткой снова встретиться у того же колодца. Не для того, чтобы всем вместе отправиться в одном направлении, а для того, чтобы общими усилиями позаботиться о том, чтобы колодец не пересох.
Но давайте не обольщаться.
Конгресс не ремонтирует дороги, не строит заводы и не возвращает людей домой одним принятием резолюции. Он не решает голосованием споры об идентичности и не примиряет за один день лагеря, которые десятилетиями подозревают друг друга. Если всё сведётся к речам о любви к родине, групповым фотографиям и аплодисментам, у нас будет просто ещё одно торжественное мероприятие. Молдова пережила много подобных мероприятий, не получив от них ничего существенного.
Поэтому вопрос не в том, сколько людей придёт на съезд, а в том, что именно останется после их ухода.
Сможем ли мы начать совместные проекты? Сможем ли навести настоящие мосты между теми, кто остался дома, и теми, кто уехал? Сможем ли обсуждать экономику, образование, демографию, развитие и безопасность, не превращая каждую тему в новую битву за монополию на истину?
Не знаю, получится ли у нас… Тот, кто сегодня с уверенностью обещает подобное, либо не понимает сложностей, либо готовится к выборам. Но я знаю, что альтернатива – продолжать ссориться, уезжать и ждать – уже не может называться даже надеждой.
Всемирный конгресс молдаван – это попытка начать этот разговор. Не от имени всех молдаван, ведь никто не давал нам такого мандата. А вместе с теми, кто считает, что Молдова заслуживает лучшей судьбы, чем быть предметом споров между политиками и переговоров между силами.
Нам нужны и те, кто с нами согласен, и те, кто будет нам противоречить. При одном условии: мы должны признать, что Молдова не является исключительной собственностью ни одного из лагерей. Мы можем думать по-разному. Но мы должны научиться вместе сохранять Молдову. Иначе однажды мы можем обнаружить, что выиграли все споры о стране. Только вот сама страна к тому времени уже исчезнет из обсуждения.
Валериу Реницэ