В контексте духовных и психологических вызовов современного мира преподаватель, доктор богословия священник Паул Силади подчеркивает важность диалога между духовничеством и психологией в пастырской подготовке и служении. Филокалический (добротолюбивый) принцип «откровения помыслов», занимающий центральное место в восточной духовной традиции, находит удивительные параллели в некоторых методах современной психотерапии, таких как метод свободных ассоциаций в психоанализе или практика самораскрытия. Это открывает плодотворные перспективы для встречи богословия опыта с психологическими науками.
— Отец Паул, вы являетесь преподавателем факультета православного богословия в Клуж-Напоке, а также служите в студенческом храме при этом же учебном заведении. Сфера ваших научных интересов включает миссиологию, коммуникацию и святоотеческую духовность с особым акцентом на опыт Отцов-пустынников. В связи с этим, просим вас рассказать, как можно понимать и развивать сотрудничество между духовным окормлением и психологией?
— Проект «Христоцентрик» делает абсолютно необходимую вещь: он объединяет священников, духовников и психологов. Культурная эволюция привела к тому, что эти два мира — мир духа и мир психики (к которому сегодня подходят систематически и по возможности научно) — отдалились друг от друга настолько, что стали чуть ли не враждебными. В нашей культуре подозрительности многие представители этих двух сфер, скорее всего, смотрят друг на друга с опаской.
Психология, несомненно, зародилась в религиозной среде, особенно в монашеских, аскетических кругах, где отцы и матери анализировали движения души с необычайной проницательностью. И долгое время именно священники по-своему были стражами закоулков человеческих душ. Сейчас в определенных сферах их место заняли психотерапевты, которые стали «жрецами» современного мира, полного тревог и неврозов. Но пока священники и терапевты будут держаться на расстоянии друг от друга, боюсь, мы все останемся в проигрыше.
— Как вы оцениваете актуальность литературного и духовного наследия Отцов-пустынников в контексте вызовов и поисков, характерных для сферы психического здоровья? Какую пользу эта духовная традиция может принести в диалоге с современной психологией?
— Духовная традиция — это традиция рассудительности и духовного совета. Духовник — это внешний наблюдатель, который действует силой благодати Христовой, но не изолированно от движений души кающегося. Иногда мне кажется, что технический термин «кающийся» говорит об отношениях, устанавливающихся на исповеди, так же мало, как термин «клиент» — о терапевтических отношениях.
Добротолюбивый принцип откровения помыслов находит множество эквивалентов в различных современных психотерапевтических школах: пожалуй, метод свободных ассоциаций из психоанализа и самораскрытие больше всего улавливают суть откровения помыслов. Таким образом, есть общий корень, есть современное развитие и есть один и тот же предмет — душа.
И что я считаю особенно важным: духовная жизнь в полной мере адресована тем, у кого здоровая, крепкая психика. Апостол Павел говорит о христианине как о бегуне на дистанции. Но даже если у вас лучший в мире тренер по легкой атлетике, если у вас сломана нога, сначала нужно ее вылечить. То же самое касается и отношений между психикой и духом. Вы не получите много пользы даже от величайшего духовника, если ваши душевные раны слишком велики — они будут фильтровать и искажать всё, что говорит вам священник. Наши эмоциональные травмы часто до неузнаваемости меняют то, что мы слышим от духовника, и в итоге мы остаемся замкнутыми в кругу долгих страданий, которые, как это ни парадоксально, мы еще и оправдываем духовными аргументами.
Я не предлагаю, чтобы психотерапевт и духовник работали по очереди: сначала один, потом другой. Это было бы абсурдно. Я скорее предлагаю реалистичный подход, при котором каждый из них знает свои пределы и сотрудничает ради блага страждущего человека.
— Мы знаем, что помимо академической деятельности и литургического служения вы также получаете образование в области психотерапии. Что побудило вас обратиться к этой сфере? Считаете ли вы, что в современных условиях все более необходимо систематическое сотрудничество между духовником, психологом, психотерапевтом и даже психиатром?
— Меня всегда завораживал не только мир духа, но и мир психики, те скрытые в наших глубинах движения, которые часто незаметно определяют наши поступки. Мне кажется, что в психологии накоплены систематизированные знания, которые могут принести духовникам огромную пользу и сделать их труд более эффективным.
Кроме того, я сделал для себя одно наблюдение, которое может прозвучать довольно грустно: мало кто из приходящих на исповедь движим исключительно духовными исканиями. Многие приходят потому, что испытывают психологические страдания, проблемы в жизни и отношениях, которые они пытаются решить, иногда обращаясь к священнику как к последней инстанции. Если в истории Церкви мы видим святых, которые кормили голодных, или прославленных в лике святых врачей, известных своим милосердием и любовью, то сегодня акцент, вероятно, сильно сместился в сторону душевных страданий. Поэтому один из способов «накормить» людей сегодня — это помочь им, будучи священниками, понять свою душу, и, делая это, приблизить их к Богу.
— Как преподаватель и богослов, считаете ли вы, что базовая психологическая подготовка должна быть включена в учебную программу духовных школ — как на уровне семинарий, так и академий? Как это могло бы способствовать всесторонней подготовке будущих служителей Церкви?
— Я убежден, что лучшее понимание человеческой психики или некоторых важных теорий — таких как, на мой взгляд, теория привязанности — очень помогло бы священникам-исповедникам понимать приходящих к ним людей и, кроме того, помогло бы им видеть собственные границы. Это помогло бы им трезво решать, когда достаточно того духовного руководства, которое они могут предложить, а когда требуется что-то еще — помощь психотерапевта. Мне кажется проявлением подлинного смирения, когда ты, будучи священником, не претендуешь на то, что можешь решить абсолютно всё, и способен принять помощь, когда она необходима.
— В вашей пастырской и академической практике встречались ли вам ситуации, когда некоторые духовники с осторожностью относились к сотрудничеству со специалистами в области психического здоровья или, наоборот, когда психологи с недоверием относились к духовному измерению? Как, по вашему мнению, можно преодолеть эту настороженность и предрассудки с обеих сторон?
— В самом начале я говорил о подозрении, которое витает в воздухе с обеих сторон: священников и психологов. Они смотрят друг на друга с недоверием. Вероятно, во многих случаях это недоверие оправдано не самым лучшим личным опытом. Я думаю, эту настороженность можно преодолеть, если нам удастся обрести здоровую и трезвую перспективу.
Существует один риск, который я неоднократно наблюдал. Назовем его риском несбалансированной междисциплинарности. Я видел духовников, которые чрезмерно всё психологизируют, и психологов, которые считают, что абсолютно всё можно решить духовным путем. Не хочу сейчас вдаваться в подробности. Точно так же существует и сильная неприязнь духовников к психологам, и наоборот. Я считаю, что все эти крайности вредны, а единственный полезный путь — это диалог, подобный тому, который инициировал проект «Христоцентрик».
— В качестве заключения, мы бы попросили вас обратиться с кратким напутствием к студентам и коллегам из сферы богословия и психологии — со словом, которое бы поощряло более глубокую открытость к диалогу, сотрудничеству и междисциплинарному рассуждению.
— Очевидно, что мы нужны друг другу. И я верю, что в сфере психического здоровья Господь действует «двумя руками»: через духовников и психотерапевтов (или психиатров). И те, и другие ищут блага и исцеления человека. А Бог создал человека по любви, чтобы он приобщился Его любви и красоте мира.
Тайна человеческой личности не исчерпывается ни одними, ни другими, но и те, и другие исследуют её с большим любопытством, энтузиазмом и, что было бы очень хорошо, со смирением. Поэтому вместе они могут предложить комплексное понимание человека и оказать ему адекватную помощь — именно для того, чтобы человек смог выполнить свое предназначение, ради которого был сотворен.
Источник: Ziarullumina.ro