Редакция портала «Традиция» благодарит коллег с Canal 5 за этот телерепортаж, в целом объективно осветивший церковную ситуацию в молдавском селе Деренеу. Вместе с тем позволим себе сделать несколько уточнений в надежде, что в дальнейшем при затрагивании проблем церковной жизни Молдовы коллеги их учтут.
1.В организации «Бессарабская митрополия» нет священников. Ее члены, облаченные в рясы и выдающие себя за священнослужителей, были лишены сана за нарушение канонической дисциплины и уклонение в раскол. Несколько бывших настоятелей из клира Православной Церкви Молдовы, перешедших к раскольникам, пока лишь запрещены в служении, им дано время на раскаяние; но, если они не одумаются и не вернутся в лоно канонической Церкви, их тоже ждет извержение из священства.
2.Вопреки религиозной «обертке», организация «Бессарабская митрополия» не является Церковью. Любой раскол не только не Церковь Христова, но выступает ее антиподом, поскольку самим фактом своего существования наносит рану ее сакральному телу. Об этом ясно и недвусмысленно сказано в правилах святых апостолов, называемых канонами. Об этом же писали святые отцы – священномученики Игнатий Богоносец, Киприан Карфагенский, святители Иоанн Златоуст, Василий Великий, Ириней Лионский, Аврелий Августин Блаженный.
То обстоятельство, что в 1992 году Румынский Патриархат принял группу молдавских раскольников в свой состав, назвав эту процедуру «воссозданием Бессарабской митрополии» (структуры, существовавшей на территории Днестровско-Прутского междуречья в 1925-1940 и 1941-1944 гг.), не привело к появлению в Республике Молдова еще одной Церкви. Еще менее могло способствовать ее возникновению официальная регистрация организации «Бессарабская митрополия» молдавским государством и придание ей статуса юридического лица.
3.В Молдове нет «конфликта митрополий». Есть каноническая Митрополия Кишинева и всея Молдовы – и есть неканоническая, состоящая из раскольников организация с названием «Бессарабская митрополия». Поэтому ее название мы берем в кавычки. Раскол может называть себя «митрополией», «архиепископией», «епархией» или другим церковным термином, но любое подобное самоназвание нельзя квалифицировать иначе, как акт узурпации, присваивания себе чужих прав. Или, говоря церковным языком, как акт бесчиния. С религиозной точки зрения этот конфликт является внутрицерковной проблемой.
То, что сегодня органы государственной власти Республики Молдова (суды, полиция) открыто выступают на стороне раскольников, свидетельствует, во-первых, о нарушении ими Конституции («религиозные культы самостоятельны, отделены от государства…» – ст. 31 /4/), поскольку государство грубо вмешивается в жизнь православного культа. Как уже отмечалось выше, любой раскол может быть уврачеван только через покаяние людей, его учинивших, и возвращение их в каноническую Церковь. Иного пути не существует, вмешательство государства (а равно политиков, СМИ) лишь усугубляет конфликт. И, во-вторых, вмешиваясь в церковную жизнь и поддерживая раскольников, молдавское государство фактически встало на путь гонений Православной Церкви Молдовы.
4.Отдельное спасибо авторам репортажа за упоминание, что храм в Деренеу был построен в 1820 году (мин. 1:58). Это важно в контексте непрекращающихся притязаний Румынского Патриархата на церковные здания Молдовы в статусе исторических памятников. Следует помнить (и напоминать об этом нашим румынским братьям), что абсолютное большинство этих зданий, а их более 700, было построено до 1917 года, то есть в период, когда Бессарабия была частью Российской империи. Претендовать на то, что когда-то возводил не ты, объявлять это своим по «историческому праву» – будем откровенны, это выглядит неприлично. Нам неловко об этом говорить, но что имеем, то имеем.