По данным официальной статистики, каждый год население Молдовы сокращается на 50 тысяч человек, или примерно на два процента. Минус 10 тысяч – это превышение смертности над рождаемостью. Еще минус 40 тысяч – это эмиграция.
Когда уезжающих или собирающихся уехать спрашивают, почему они решили эмигрировать за границу, чаще всего звучит ответ – «А что здесь делать?».
Бедность, неустроенность, нестабильность, неспособность властей решать насущные проблемы людей – эти хронические пороки Молдовы хорошо известны. Но они все-таки носят текущий характер (хотя эта «текучка» сильно затянулась – уже на десятилетия).
Хуже то, что люди не видят перспективы возможных перемен к лучшему. Если бы они видели такие перспективы, верили в то, что если сегодня потерпеть, то завтра станет лучше, они, может, и не уезжали.
Вопрос «А что здесь делать?» – это диагноз уже полного отсутствия веры в то, что в Молдове может стать лучше. Это конечная остановка – в этой стране всё, приехали, надо переезжать в другую.
Люди не верят в Молдову
Социологические исследования показывают, что жителям Молдовы нравится их страна. Люди ценят то, что есть такое государство, они хотят, чтобы оно сохранилось.
Во многом такое отношение основано на эмоциях.
Но массовая эмиграция – это подтверждение того, что реальность перевешивает эмоции, что люди не видят перспектив этого государства, что у них отсутствует образ будущего страны. В конечном итоге, как это ни печально, рациональный подход – «А что здесь делать?» – берет верх, и люди принимают нелегкое окончательное решение эмигрировать.
Дать народу образ будущего – это задача политиков. Но никто из молдавских политиков не сказал, какой конкретно они хотят видеть Молдову. Они сами не знают, чего они хотят (если не считать получения собственно власти и связанных с нею благ). Они не могут внятно объяснить, за что конкретно они выступают, и как намерены этой конкретики добиваться на практике. У них в голове каша и туман. От политиков эта идейно-политическая путаница распространяется на все общество, которое постоянно пребывает в состоянии неопределенности, неразберихи и депрессии.
Самый модный сегодня «страновой проект» – европейская интеграция – это тоже пустое место. Политики и избиратели, поддерживающие эту идею, повторяют какой-то набор лозунгов, за которым нет никакой конкретики. Эта пустота естественным образом порождает у людей все тот же вопрос – «А что здесь делать?», – потому что политики, хоть проеэсовские, хоть антиеэсовские, не в состоянии заполнить существующий вакуум смыслов.
Комфорт – это не про государство
Когда политики агитируют за какой-то геополитический вектор, они утверждают, что он позволит решить проблемы страны, сделать жизнь в ней комфортной, добиться того, чтобы люди хотели в этой стране жить, не только не уезжали, но даже возвращались в нее.
Сегодняшние власти говорят, что «волшебная палочка» – это вступление в ЕС. Но опыт государств, которые уже в ЕС, показывает, что главную проблему – сохранения народа, организации его полноценной жизни в собственном государстве – членство в ЕС не решает.
Чаушеску оставил Румынию с населением в 23 млн. человек. Сегодня численность населения Румынии составляет 19 млн. человек. По официальным данным, от 6 до 8 млн. румын – каждый третий – проживают за пределами своей страны. За 35 лет население Румынии фактически сократилось в два раза.
В Болгарии в начале 1990-х проживало 9 млн. человек, сейчас – 6,6 млн. человек. Опять же, по официальным данным, 1,3-1,7 млн. граждан Болгарии живут в эмиграции. И тут почти двукратное сокращение населения.
После принятия Румынии и Болгарии в ЕС в 2007 году, исход населения из этих стран только усилился. Членство в ЕС не сделало эти государства привлекательнее для своих собственных граждан – наоборот, они предпочли уехать в Италию, Великобританию, Испанию, Германию, Францию и другие более развитые государства «старой Европы».
Хорошо известна и статистика депопуляции и деиндустриализации бывших советских республик Латвии, Литвы и Эстонии, которые вступили в ЕС и даже пытаются выступать в комической роли ментора в отношении других бывших союзных республик – Грузии, Молдовы, Украины.
Членство в ЕС привело к утрате новыми государствами-членами своего человеческого потенциала и его перекачке в Западную Европу.
Могут возразить, что зато оставшиеся в Болгарии, Румынии и странах Балтии люди, хоть их и стало меньше, зажили лучше, богаче и комфортнее. Но комфорт – это не про государство. Не может быть смыслом существования народа и государства замена деревянного туалета на заднем дворе сельского дома на унитаз с подогревом в столичном офисе. Это какой-то очень примитивный, комфортно-«унитазный» образ будущего. Это не про государство, а про физиологию.
Государство без народа теряет смысл
Главной задачей государства и проводимой в нем политики должно оставаться сохранение и приумножение человеческого, духовного, культурного, научного, природного наследия и потенциала.
Государство без народа бессмысленно. Все эти все более удобные унитазы, богатые и красивые банки, заполненные товарами со всего мира супермаркеты, автозаправки, салоны мобильной связи, электромобили и прочие атрибуты современных цивилизации и комфорта существуют в любой стране в любой точке мира.
В государстве должно быть другое: социальные лифты, забота о семье, развитие науки и промышленности, образования и культуры, сохранение традиций. Если одним словом – человек.
Политикам в Молдове, что бы они ни говорили перед выборами, люди безразличны. Социальные лифты полностью отсутствуют. Добиться карьерного успеха можно только через партийно-клановую систему.
Академия наук выродилась и превратилась в полное посмешище. Высшие учебные заведения уничтожаются.
Энергетики нет. Промышленности нет. Такие проекты, как объявленное на днях строительство Россией атомной электростанции в Узбекистане, для молдаван выглядит чем-то вроде полета ракеты Илона Маска к Луне.
На днях мы были свидетелями торжественного объявления о завершении первого этапа ремонта Кишиневского цирка на деньги ЕС. Но те, кто сделал это объявление, забыли сказать, что цирк был построен при советской власти в 1981 году, а этот самый первый этап реконструкции длится с 2004 года. Двадцать лет они перекрывали крышу и меняли окна.
Также на днях посольство ЕС в Кишиневе с помпой сообщило, что в 2023 году Молдова экспортировала в ЕС вина на 60 млн. долларов. Для сравнения: Грузия продала в Россию вина на 65 млн. долларов за один первый квартал 2024 года. При этом почему-то принято считать, что Молдова, как кандидат в члены ЕС, на голову выше Грузии, как тоже кандидата в члены ЕС – и это только потому, что еврочиновники, от которых исходит главная легитимность власти в Молдове, кишиневских руководителей хвалят, а тбилисских ругают.
Два года назад в Молдову хлынул поток украинских беженцев, у многих на руках были крупные суммы денег. Вместо того, чтобы принять этих людей с распростертыми объятиями и пригласить инвестировать в молдавскую экономику, какие действия предприняли молдавские чиновники? Конфисковывали «лишние» деньги, а самих людей отправляли дальше на Запад. Потому что не для того была создана действующая в Молдове национально-бюрократическая система, чтобы помогать, хоть и пострадавшим, но все равно, по понятиям этой системы, «чужакам».
Сейчас из-за сброса воды в верховьях Днестра украинскими ГЭС уничтожается эта жизненно важная для молдаван река, но это никого в правительстве Молдовы не волнует.
Таких примеров, когда власти должны были бы сделать что-то из того, чем должно заниматься государство, но не сделали, можно привести много.
Президенты, депутаты, министры занимаются чем угодно, но только не тем, чем надо. Поэтому не удивляет, что на вопрос «А что здесь делать?» так много людей отвечают «ассиметрично» – «Уезжать».
Чемодан – аэропорт (вместо прежнего вокзала) – Европа… Россия… Америка… Азия… Куда угодно, лишь бы не оставаться в Молдове.
Дмитрий Чубашенко