Приглашение очередного политика с сомнительной репутацией из Бухареста, на этот раз на должность министра экономики, вызвало новую волну дискуссий на тему «Румыны захватывают власть в Кишиневе». Но в приезде таких «варягов» на работу в молдавскую столицу нет ничего необычного. Молдова давно управляется иностранцами, просто в последние годы это делается совершенно открыто, без оглядки на мнение местного населения.
«Настоящие румыны из Румынии» заняли должности руководителей Национального банка (денежная, валютная, кредитная политика, контроль над коммерческими банками), Национального института юстиции (подготовка кадров судей и прокуроров), Министерства экономики.
Комиссия по веттингу, которая утверждает кандидатов на судейские и прокурорские должности, состоит из иностранцев.
Служба информации и безопасности Молдовы была «реформирована» при поддержке спецслужб Франции.
Ко всем государственным учреждениям в Кишиневе, начиная с администрации президента, парламента и правительства, продолжая силовыми ведомствами и правоохранительными органами, и заканчивая университетами, приставлены советники («смотрящие») от западных правительств и фондов.
Национальный банк и Национальное агентство по регулированию в энергетике вообще никому в Молдове не подотчетны. Местные органы власти даже зарплату не могут установить чиновникам этих ведомств, потому что они подчиняются напрямую Международному валютному фонду и Энергетическому сообществу.
Молдова, кстати, не пионер в приглашении иностранцев на руководящие должности, включая президентские и министерские. Ранее такой тренд проявился в Грузии, странах Балтии, Украине.
В командировке в Кишиневе
Иностранцы, которые заполонили чиновничьи кабинеты в Кишиневе, по своему происхождению могут быть даже молдаванами, но это лишь формально. По биографии, по сути, по духу они уже превратились в иностранцев. Слово «străin» очень хорошо подходит для характеристики этого типа людей, потому что, кроме значения «иностранный», оно имеет еще один смысл – «чужой».
Нынешний премьер-министр Василе Тофан – типичный пример такого чужого иностранца «молдавского» происхождения.
Тофан, которому сейчас 44 года, в 21 год уехал за границу, учился в Нидерландах, США, работал в Амстердаме, Бостоне, Киеве. На Украине он был партнером инвестиционного фонда, у вкладчиков которого есть одно главное требование к менеджерам, – прибыль.
Судя по публичным выступлениям Тофана, он и государство рассматривает, как корпорацию, а правительство – как управляющего этой структурой. Задача министров-менеджеров – сократить убытки и увеличить прибыль такой компании-государства. При таком подходе главным пассивом выступает население. Люди постоянно ноют, чего-то от правительства хотят, требуют, чтобы оно о них заботилось, лечило, учило, охраняло от преступников. Пенсионеры ждут от государства пенсии, и не такой мизерной, как сегодня.
Тофан, как и приглашенный им из Бухареста министр экономики, открыто позиционируют себя, как сторонники англосаксонской либеральной модели, как социал-дарвинисты, которые должны избавляться от всех государственных пассивов. Такая политика бьет, прежде всего и больнее всего, по людям. По тому самому населению, для которого, собственно, государство и должно – теоретически – существовать. Эти «удары» уже проявляются в повышении налогов, росте тарифов на коммунальные услуги, снижении социальных выплат, намерении распродать остатки публичной собственности.
Из 17 членов действующего кабинета министров, как минимум, шесть – точно такие же иностранцы, как сам премьер. Эти люди тоже жили и работали за границей, их с Молдовой тоже давно ничего не связывало, но сейчас они приехали в командировку в Кишинев поработать в местном правительстве, чтобы получить в своем CV красивую запись, которая позволит им в последующем продвижении за рубежом.
Трое из четырех премьер-министров, утвержденных парламентским большинством партии PAS, – иностранцы (до Тофана был Александру Мунтяну, а еще раньше – Наталья Гаврилица).
В конце концов, и сама президент Майя Санду по своей сущности – иностранка. Может быть, она «покрутилась» в западных, глобалистских структурах не так много, как другие, но ей хватило и этого. Она сумела очень быстро переформатироваться и изменить свое отношение к собственным стране и народу. Сегодня она однозначно позиционирует себя, как иностранка, не только политически, управленчески, но и психологически.
На Западе Санду ценят гораздо больше, чем в самой Молдове. В ходе каждой поездки президента за рубеж видно, насколько она там своя, насколько ее там осыпают комплиментами, похвалами и почестями, награждают премиями, орденами, грамотами. А, с другой стороны, так же хорошо видно, насколько тяжело ей возвращаться в Молдову, насколько тягостно встречаться с местным населением, общаться даже с активистами собственной политической партии.
Антимолдавская власть
Что можно сказать о стране, которой руководят иностранцы?
Во-первых, то, что эта страна находится под оккупацией, а ее формальные органы власти – не более, чем колониальная администрация на геополитически оккупированной территории. Перед этой администрацией поставлена задача сохранять контроль и управляемость этой территорией, и эти люди со своей задачей хорошо справляются. Это не обязательно должна быть военная, полицейская оккупация, хотя в перспективе возможно и такое, достаточно того, чтобы эта оккупация носила ментальный, идеологический, геополитический характер.
Если встает выбор между необходимостью выполнить указания внешних управляющих и соблюсти интересы местного населения, приоритет безусловно отдается первому. Этим объясняется членовредительский характер многих действий этой власти, которые кажутся абсурдными с точки зрения здравого смысла, но вполне логичны, если понимать, что это просто исполнение поступившего извне приказа.
Во-вторых, в Кишиневе установлена антимолдавская власть. Некоторые даже обвиняют ее в проведении политики этноцида, под которым подразумевается систематическое разрушение идентичности, культуры, языка, государственных институтов какой-либо этнической группы, без того, чтобы уничтожать ее физически (последнее уже называется геноцидом).
Никто не станет отрицать, что действующая в Кишиневе власть последовательно проводит курс на уничтожение всего молдавского и замену его на все румынское. Трудно представить себе политиков, которые так ненавидят собственный народ и так последовательно стирают его с лица земли, но эти проводят именно такую антимолдавскую линию.
В-третьих, иностранная администрация и местное население существуют на разных планетах, орбиты которых не пересекаются. Высшее сословие живет своей жизнью, отдельной от жизни управляемого большинства. Будучи, к тому же, если не долларовыми, то леевыми миллионерами, представители правящей верхушки напрочь лишены эмпатии и совершенно равнодушны к проблемам обычных людей, которых они просто не понимают.
Системная оппозиция
У нас нет ответов на вопросы «Что с этим делать?» и «Как добиться того, чтобы молдаванами руководили не иностранцы?». Мы просто обозначаем проблему, пытаемся понять реальную ситуацию, призываем задуматься, как нам быть.
На нынешнюю оппозицию в национально-освободительной борьбе рассчитывать не приходится. Эта оппозиция носит системный характер, не хочет отказываться от своего комфорта. Лично у этих политиков все хорошо. Они прекрасно понимают, где проходят очерченные для них «красные линии», и вполне осознанно, никем не принуждаемые ловко изображают потешную оппозиционность в отведенной им «песочнице».
Парадокс еще и в том, что иностранные кадры, которые приезжают в командировки в Молдову, чужие не только здесь. Они никакие не местные и там, откуда приехали. Румын, которые заполонили чиновничьи кабинеты в Кишиневе, можно назвать румынами очень условно, потому что и у себя в Румынии они проводят антирумынскую политику.
Так же, как Санду, Тофан, Мунтяну, Попеску, Герасимов, Драгалин, Гаврилица, Жунгиету, Осмокеску и им подобные никакие не молдавские, точно так же Драгу, Нэсуй и другие «румыны из Бухареста» никакие не румынские. Все они из одной и той же либерал-глобалистской англосаксонско-еэсовской обоймы.
По следам Коминтерна
Кстати, условная «сеть Сороса», выдвинувшая идею «Открытого общества» (объединения мира на либеральных принципах, что, по выражению Фукуямы, означало бы «конец истории») не была пионером в глобализации. Аналогичную практику подготовки кадров для «мировой революции» придумали большевики, используя для этого Коминтерн. То, что у Брюсселя, как и у большевиков, есть свои комиссары, тоже показательно, ведь главная функция комиссара всегда состояла в том, чтобы продвигать определенную идеологию. Эта идеология у наркомов и еврокомов может быть разная, но методы работы у них схожие.
В «староевропейском» ядре, в котором зародился будущий Европейский союз, еще возможна реальная политическая борьба в рамках выборов. Перспектива прихода к власти во Франции или Германии евроскептиков приводит в ужас либерал-глобалистов в Брюсселе, Париже, Берлине. Они пытаются лихорадочно придумать какие-то способы не допустить такого развития событий, но вообще отменить выборы в «Старой Европе» они пока еще не решаются.
Но уже даже в Румынии, которая формально и в ЕС, и в НАТО, по поводу такого «демократического упражнения», как выборы, никто сильно не заморачивается: если есть опасность победы на них «неправильного» кандидата, выборы просто отменяют.
О Молдове и говорит нечего: здесь политическая борьба с помощью выборов вообще невозможна. Демократические, честные выборы, как и полноценная партийно-политическая деятельность в целом в Молдове – это имитация, фейк.
Ситуация выглядит тупиковой, но для того, чтобы ее преодолеть, для начала надо хотя бы трезво ее оценивать, не врать самим себе и другим, пытаться говорить правду. Без этого ничего даже не сдвинется с места.
Дмитрий Чубашенко
Изображение к публикации сгенерировано ИИ