Миф об ЕС выдыхается. Брюссельская звезда тускнеет. Все громче звучит вопрос: а зачем присоединяться к союзу, который прошел пик своего развития и движется вниз?
Избиратели уже не готовы голосовать за проеэсовскую власть просто потому, что она развесила флаги ЕС на всех сельских туалетах.
20 октября в Молдове прошли очередные выборы президента и референдум по изменению Конституции.
Голосование за главу государства не выявило победителя. 3 ноября состоится второй тур выборов, в котором примут участие Майя Санду, получившая 42,49 % голосов, и Александр Стояногло (25,95 %).
За вынесенный на референдум проект закона по изменению Конституции проголосовало 50,38 %, против – 49,62 %.
По итогам этого «демократического упражнения» можно сделать несколько предварительных выводов.
Первое: шок для PAS
Результаты голосования, прежде всего, по конституционному референдуму, стали для правящей Партии действия и солидарности (PAS) политическим землетрясением. Это было видно по самой Санду, которая в ночь после выборов несколько раз переносила свой выход к прессе, а когда вышла, выглядела так, будто ее отправили в нокдаун.
В PAS не понимали, почему у них такие плохие результаты. Казалось бы, все было сделано правильно – и за евроинтеграцию выступали, и статуса кандидата в члены Европейского Союза добились, и поддержку «всего цивилизованного мира» получили, и к 2030 году привести Молдову в ЕС обещали, и каждый день высокопоставленных западных гостей в Кишиневе принимали, и с «гибридной войной со стороны России» сражались, и «зловредному влиянию криминальных группировок» противостояли, – но народ всего этого не оценил.
С первого тура Санду, как рассчитывали в PAS, не переизбралась, а результаты референдума вообще стали самой настоящей катастрофой для действующей власти.
Трюк с референдумом не сработал: в PAS рассчитывали, что плебисцит «за Европу», проводимый в один день с выборами, потянет поддержку Санду вверх, а вышло наоборот – это Санду потянула поддержку ЕС вниз.
Наутро после голосования вдруг выяснилось, что реальность совершенно не соответствует тому чудному миру, в котором существовали лидеры, активисты и сторонники PAS, а также их западные «партнеры по развитию». Стены стеклянного дома, за которыми они существовали в тепличных условиях, оказались разбитыми, и его обитатели столкнулись с неприятной реальностью.
Им казалось, что они не могут ошибаться – ведь их постоянно хвалили зарубежные партнеры. К мнению самих граждан Молдовы они прислушиваться не умели и не хотели. Для них имело значение мнение только иностранцев, от которых они зависят, а иностранцы только и делали, что льстили тем, кто у власти в Кишиневе. То, что при этом сами власти обманывали целый народ, было неважно.
Случившееся 20 октября подтвердило, что сама конструкция кишиневской власти в лице президента и ее партии – искусственная. PAS так и не смогла стать настоящей партией, прежде всего потому, что этого не хотели ее внешние партнеры, иначе во главе PAS поставили бы более адекватных людей. Западникам не нужны сильные партии в Молдове, они предпочитают и дальше работать с надпартийной сетью НПО, СМИ, экспертов и прочих инфлюенсеров, проводя политику управляемого хаоса и меняя политических лидеров, как наконечники копья, которое при этом остается в надежных руках самого Запада.
К обеду понедельника травма от ночного политического нокдауна прошла, и все они вместе – и Санду, и PAS, и их западные партнеры – повели себя так, будто ничего необычного не произошло. Санду объявила о «победе в первой битве», о том, что «народ выбрал Европу», что Конституцию все-таки изменят, и что надо «победить еще в одной битве» – во втором туре. Из столиц европейских государств, из Брюсселя, из Госдепа пошел поток заявлений, написанных, как под копирку: Санду молодец, а Молдова выбрала евроинтеграцию вопреки «зловредному вмешательству России».
657 тыс. голосов за Санду в первом туре – это примерно пятая часть от количества всех зарегистрированных избирателей Молдовы, при том, что 170 тыс. из этих голосов получены на зарубежных участках. «Да» на референдуме сказали 750 тыс. избирателей, из которых 181 тыс. в диаспоре. Если это и есть «весь народ», то кто же тогда оставшиеся 4/5 избирателей?
Ко второму туру выборов Санду и ее команда идут все с той же навязчивой идеей: «хорошие наши» должны одержать верх над «плохими чужаками».
Второе: Молдова остается расколотой
Голосование 20 октября подтвердило глубокий раскол молдавского общества. Мы наблюдаем раскол по политическому и геополитическому признаку (на проеэсовские, пророссийские, промолдавские, а в последнее время и на евроскептические силы), по территориальному критерию (разделение уже не только на Правобережье и Левобережье, но и внутри той части, которая находится под контролем Кишинева), по углубляющейся пропасти между теми, кто остается жить на территории собственно Молдовы и эмигрантами.
Майя Санду, вместо того чтобы в своем качестве главы государства способствовать сглаживанию существующих противоречий, уврачеванию расколов, уменьшению поляризации, примирению и консолидации общества, сама встала на баррикаду одной из сторон. В завершение своей первой президентской каденции (будет ли вторая, покажет голосование 3 ноября) Санду сама окончательно стала частью проблемы, а не ее решением.
Третье: тускнеющий свет ЕС
Европейская пресса, комментируя итоги референдума, с озабоченностью пишет, что слабый, на грани провала, результат референдума – это тревожный сигнал для самого Европейского Союза, еще одно подтверждение уменьшающейся роли ЕС в международных делах.
Другие глобальные центры силы и влияния отказывают ЕС в праве называться субъектом международных отношений, называют ЕС «геополитическим карликом». То, что молдаване так массово проголосовали против евроинтеграции, говорит о том, что ЕС перестает быть безусловным магнитом даже для ближайших соседей, получивших статус кандидата в члены альянса.
Еще совсем недавно считалось, что евроинтеграции нет альтернативы, что гравитация ЕС автоматически затягивает в него всех соседей уже в силу самого существования этого союза, что ЕС так прекрасен, что в него просто нельзя не хотеть. Как в том фильме: «Селянка, а селянка! Хочешь большой, но чистой любви? – А кто ж ее не хочет? – Приходи вечером на сеновал».
Брюссельская бюрократия, которая, как подтверждает ее реакция на итоги голосования в Молдове 20 октября, тоже оторвалась от реальности, продолжая верить в то, что евроинтеграция – это пряник, который все хотят получить, но не все этого заслуживают, а кому дать или не дать пряник, решают они, еврокомиссары.
Все эти гламурные визиты еврочиновников в Кишинев в самый разгар избирательной кампании, приезд самой Урсулы фон дер Ляйен с «мешочком» помощи в 1,8 млрд. евро вызывали уже не восторг, а раздражение у большинства людей, особенно у вынужденных стоять в бесконечных пробках кишиневцев. Вся эта предвыборная дипломатия не только не помогла Санду, но напротив, еще больше подрывала ее имидж.
Результат Санду и PAS впервые за последние 20 лет показал, что самоназвание «евроинтегратор» уже не дает тебе автоматическую фору, не ставит в поул-позицию в предвыборной гонке.
Миф об ЕС выдыхается. Брюссельская звезда тускнеет. Все громче звучит вопрос: а зачем присоединяться к союзу, который прошел пик своего развития и движется вниз?
Избиратели уже не готовы голосовать за проеэсовскую власть просто потому, что она развесила флаги ЕС на всех сельских туалетах. Если так будет продолжаться, то скоро политическим мейнстримом станет как раз евроскептицизм.
Несмотря на все бравурные, но фальшивые заявления о «победе Санду и евроинтеграции», в Брюсселе с тревогой ждут результатов выборов в Грузии 27 октября, затем второго тура президентских выборов в Молдове 3 ноября, а самое главное – результатов выборов президента США 5 ноября.
Четвертое: Оппозиция тоже расколота
В условиях, когда в Молдове раскол на расколе сидит и расколом погоняет, было бы удивительно, если бы не была расколота и оппозиция.
Оппозиция расколота на проеэсовскую, пророссийскую, промолдавскую. Проеэсовская расколота на провластную и оппозиционную. Непроеэсовская расколота на «додоновскую», «шоровскую», «усатовскую». По референдуму оппозиция расколота на сторонников участия и неучастия в нем. Те, кто за участие, расколоты на тех, кто за, и тех, кто против.
Из этого раскола вытекает последнее наблюдение по результатам голосования 20 октября.
Пятое: Что делать во втором туре?
Шапкозакидательские настроения в стане оппозиции – мол, проигрыш Санду уже предрешен – ничем не обоснованы. Сам по себе результат, полученный действующим президентом, очень даже хорош для первого тура и дает Санду реальные шансы на победу и в финале.
Выбор, который сейчас стоит перед любым представителем оппозиции, совершенно недвусмысленный: вы хотите, чтобы Санду оставалась президентом, или нет? Вроде бы все оппозиционеры утверждают, что не хотят. Раз так, это означает, что во втором туре надо голосовать против Санду, то есть за Александра Стояногло. Можно, конечно, не пойти на выборы или испортить бюллетень, но как это поможет смене власти в Молдове? И в чем тогда ваша оппозиционность?
Первый тур подтвердил, что молдавская оппозиция не способна к объединению. От того, сумеют лидеры оппозиции переступить через свои амбиции и интересы во втором туре, и будет зависеть финальный результат выборов президента Молдовы.
Дмитрий Чубашенко