О том, как храм обрел новую мозаику со святым, о традициях благотворительности и о многом другом мы побеседовали с отцом Николаем (Флоринским), его настоятелем.
— Отец Николай, расскажите историю появления новой мозаики со святым Георгием Победоносцем на вашем храме?
— Любая икона, которая находится на внешней стороне церковного здания – на улице –обуреваемая, то есть она подвержена всем природным стихиям: холоду, морозу, воде, солнечным лучам, наконец. Со временем она выгорает. Рано или поздно эти иконы приходится перерисовывать.
Изначально и у нас была такая. Наш церковный художник Евгений Гаврилович Помельников, который расписал храм, сделал ту самую первую икону-мозаику, которая прослужила 28 лет. Это была роспись на маленьких керамических плиточках, обожженных в печи при температуре в 900 градусов. Она была выложена на бетонную стенку и прикреплена в нише при входе в храм. Прошло время и плиточки дали трещинки. В них попадала вода – икона рассыхалась. Еще год-два, и она бы просто обвалилась.
Давным-давно у меня появилась идея сделать при входе в храм новую мозаику. Помню, как 15 лет назад, когда нас посетил архиепископ Юстиниан, ныне Элистинский и Калмыцкий, я рассказал ему, что хочу заказать мозаику. На что услышал: «Батюшка, у вас прекрасная икона, не трогайте ее, все будет хорошо». Но эта идея меня не покидала.
И вот, когда мы обнаружили на нашей иконе трещинки, пришли к мнению, что все же необходимо заказать новую мозаику. Такие иконы создают в Яссах и в Одессе. Мы остановили свой выбора на одесских мастерах, там оказалось еще и в два раза дешевле. Организационной частью занимался наш молодой батюшка – отец Георгий (Новиков). Это именно он нашел и мастерскую, и даже московского спонсора, который оплатил нам сразу две иконы-мозаики.
Мы заменили мозаику не только на передней части храма, но и на задней, где была небольшая Казанская Икона Пресвятой Богородицы, в честь которой у нас второй престол. Так, что два престола, которые есть в нашем храме, обрели при входе новые мозаики. И вот всего за каких-то два месяца обе работы были выполнены, и доставлены в Кишинев.
— И это несмотря на войну в Украине…
— Да, несмотря на войну, люди продолжают жить и работать. Каждый занимается своим делом, как и во все времена. Нам присылали эскизы, мы их обсуждали и утверждали. Нам очень понравилось, как работают одесские мастера. Удивительно, но им удалось совместить и древние православные традиции, и современные технологии.
Кстати, мозаика известна с древних времен. Она была еще в Древней Греции и в Древнем Риме. Там выстилали полы богатых домов красивыми мозаичными орнаментами. Своими мозаиками всегда славился итальянский город Равенна, где ею украшали многочисленные дворцы и храмы. Мозаичными изображениями красиво оформляли стены и своды церквей и в последующие столетия.
С появлением христианства, когда все самое лучшее было взято на вооружение, чтобы прославлять Бога, мозаики уже две тысячи лет от Рождества Христова украшают храмы, церковные помещения, баптистерии, часовни и другие церковные учреждения. Так в соборе Святой Софии образ Пресвятой Богородицы был выложен мозаикой 1500 лет назад!
Конечно, это дорогое удовольствие, потому что при их создании используются настоящее золото, слюда, камни, которые не выгорают и сохраняют свой цвет и свою живую энергетику.
— Отец Николай, расскажите немного о меценате, который подарил храму такую замечательную мозаику.
— Он москвич. Зовут его раб Божий Дмитрий. Теперь мы не просто молимся о нем, а записали его имя в особую Вечную книгу поминовений. Он стал ктитором.
Нас иногда спрашивают, а как вообще может существовать Книга вечных поминовений, если через 10-20 лет могут закрыть храм, и тогда не будут поминать никакое имя? Но ведь, когда человек внесен в Книгу, – он внесен в Вечность. Его имя уже при Боге. За все те добрые дела, которые он сотворил на благо святого храма. В памяти Божией он останется как человек, который сделал доброе дело на благо святой церкви.
— Давайте, поговорим о благотворительности. Сегодняшние благотворители отличаются от тех, что были раньше?
— До революции священник не занимался никакими хозяйственными вопросами. Был староста, избранный церковным комитетом, который обращался к богатым боярам и купцам. Вскладчину приобретались церковные предметы: чаши, киоты, иконы. Этим занимались православные люди, которые были приписаны к своему приходу. Они очень старались и всегда делали свои добрые дела не для виду. Всю душу и зачастую все свое состояние они вкладывали в то, чтобы после них осталась память. Они выражали свою веру, служа Богу!
В постсоветское время, когда начало открываться множество церквей, священнику пришлось стать не только духовным руководителем храма, но и прорабом, и штукатуром. Многие священнослужители сами прибивали гвозди и сами же просил денег. Тем же самым занимался и я, когда 32 года назад открыл нашу церковь. Еще был Советский Союз. В свободной продаже не было даже гвоздей, нужно было бегать и искать, где найти обычную известь, хоть какую-то штукатурку, песок, цемент. Я ходил с бумагами по предприятиям, которые считались богатым и могли хоть чем-то помочь. И действительно, некоторые из них помогали: цементом, песком, известью, другими стройматериалами. Как-то мне даже дали напрокат строительные леса…
Ну а потом уже появились первые состоятельные люди. Не могу не вспомнить сегодня Игоря Васильева, председателя Фона славянской письменности и культуры, который помимо общественной работы, имел и свой бизнес. Как-то он пришел в храм и говорит: «Хочу, чтобы здесь были золотые кресты». А я ему отвечаю: «Игорь Георгиевич, вы не хотите для начала пожертвовать бочку краски, куб досок для забора, чтобы школьники не расписывали на перемене наши стены и, вообще, не хулиганили в церкви? Мы доживем с вами и до золотых крестов. А пока нужны строительные материалы».
Как известно, нельзя строить здание без фундамента. Все должно иметь свой постепенный рост. Сначала стены и крыша. И уже ее следует венчать крестом. Вот так, постепенно, с Божией помощью и благодаря меценатам, наша церковь обрастала – как хороший хозяин обрастает домом и вещами – иконами, которые воспитывают человека и позволяют ему молиться, и всем необходимым. Слава Богу за все!
Некоторые говорят, что завтра придет антихрист, и у людей заберут церкви. Все возможно. Но мы должны делать, а что будет завтра – Господь покажет. Под лежачий камень вода не течет. И Господь меня спросит: «Ты что же, сидел и ждал Антихриста, или должен был делать то, что должен был?» Это призыв ко всем людям. Мы не имеем права просто сидеть и ждать непонятно чего. Человек-христианин всегда созидает. Человек, который служит дьяволу – всегда разрушает. Тот, кто с Богом – созидатель. Тот, кто с дьяволом – разрушитель. И поэтому очень легко определиться в этой жизни: кто есть кто?
Если человек созидает, и даже если он не воцерковленный, но старается сделать что-то для других людей, оставить после себя добрый след, то он – созидатель. А если человек только разрушает то, что было годами сделано и накоплено другими, и вся его жизнь сводится к тому, чтобы нахапать себе побольше и не думать ни о ком, конечно же, он служит мамоне, богатству и хозяину темных сил.
— Отец Николай, мы ежедневно слышим мрачные прогнозы о предстоящей зиме. С каким настроением вы встретите осень и зиму этого года? Как церковь будет выживать? Может, стоит обратиться за помощью к правящей элите?
— Ясно одно: цены для нас непомерные. Уповаем на Бога! Поднимаем руки и говорим: «Господи, помоги!».
А насчет обращения к властям… Думаю, это бесполезно. Но все же скажу. Если бы они были мудрые – я не говорю, что умные, а хотя бы немного мудрее и хитрее, – они знали бы, как пойти по венгерскому пути, чтобы сделать всем хорошо. Не стоит дарить одинокой бабушке вязанку дров, которых хватит на три-четыре дня, и при этом кричать на всех телеканалах: вот как мы помогаем всей стране. Это ненормально.
Есть такая поговорка: «Умное теля двух маток сосет». А если человек неразумный, неумный, не хозяйственный, не заботится ни о ком, а ставит себе другие цели, наверное, народ по любому отреагирует на это.
Есть только два варианта, как сделать всем хорошо. Либо вы раздаете деньги всем, либо идете и договариваетесь! Все! Других вариантов нет. А это просто упертость. Мы следуем тем, кто идет по пути разорения. А это и есть разрушение. Что не созидается, то разрушается. А разрушается оно не только здесь. С тобой твои дела уйдут в вечность.
Подготовила Лора Веверица
